Неприятель тем временем продолжал применять химическое оружие на Русском фронте. Ночью с 23 на 24 июня (с 6 на 7 июля) 1915 года по позициям 6-й Сибирской стрелковой и 55-й пехотной дивизий вновь, как и в мае, прошла газовая волна. Эффект газобаллонной атаки говорил сам за себя: отступившие русские войска 21-го Сибирского стрелкового и 218-го пехотного Новомосковского полков оголили ключевой участок передовой линии обороны на стыке дивизий. Через день его удалось вернуть, но путем отчаянных контратак, в том числе через ядовитое облако при минимуме средств защиты от БОВ. Только газ вывел из строя от 25 до 97 % личного состава отдельных частей[570].
В том же июле состоялся, пожалуй, самый знаменитый на сегодняшний день бой на Русском фронте Первой мировой войны. Конечно же, я имею в виду «атаку мертвецов» — контратаку воинов 8-й, 14-й и возглавившей ее 13-й рот 226-го пехотного Землянского полка в ходе обороны крепости Осовец. 24 июля (6 августа) 1915 года немцы предприняли газобаллонную атаку передовой позиции русских войск, после чего к ним под огневым прикрытием артиллерии выдвинулся ландвер. Большинство защитников Сосненской позиции было отравлено и выведено из строя, а сама она — занята противником. Его дальнейшее продвижение и сорвала храбрая контратака русской пехоты. 13-я рота во главе с подпоручиком В. К. Котлинским вышла навстречу немецкой цепи и ринулась в штыки. Неприятель бежал, оставив занятые траншеи. Увы, отважный офицер Котлинский во время контратаки был смертельно ранен и посмертно награжден орденом Св. Георгия 4-й степени.
Звучным названием «атака мертвецов» этот бой обязан одному из первых историографов обороны Осовца профессору С. А. Хмелькову, писавшему: