Стеша приподняла голову и, улыбнулась, заметив сладко спящую Маркизу на подушке рядом с нею. Протянув руку, она погладила её по голове и, отбросив одеяло в сторону, поднялась на ноги и направилась в душ. Завернувшись в халат, вернулась в комнату и задумчиво остановилась у балетного станка. Сегодня заниматься не хотела. Она провела пальцами, поглаживая перекладину, словно она была одушевлённая и, развернувшись, стремительно направилась на кухню.
Сегодняшняя дорога на работу не была омрачена опозданиями или неприятными инцидентами, и она появилась в школе на полчаса раньше. Переодевшись, сразу направилась в зал, но стоявшая в коридоре Бунина, нарушила её планы.
– Стефания Павловна, доброе утро, – обратилась к ней директриса. Её лицо выражало явное недовольство.
– Доброе утро, Эвелина Алексеевна. Что-то случилось?
– Случилось. Пойдёмте в мой кабинет.
Стефания тяжело вздохнула. Она примерно знала, о чём будет разговор, но не думала, что Томашевский решит обнародовать её второе рабочее место так скоро.
Когда они оказались в кабинете, Эвелина указала ей на кресло и присела за своим столом.
– Стефания Павловна, вам не кажется, что это уже перебор. За последние два дня у вас не прекращаются конфликты с ученицами и их родителями.
– Вы о чём?
– Я о том, что очень скоро вы придёте на работу, а ваш класс окажется пуст, потому что от вас разбегутся все ваши ученики.
– Я вас не понимаю.
– Я объясню. По вашей милости, мы потеряли одного из лучших меценатов школы. Эльдар Станиславович Томашевский сегодня утром позвонил мне и сообщил, что Ева на занятия не придёт. Он просил меня подыскать ей место в группе другого педагога. Но учитывая, что у нас нет сейчас свободных мест в классах, мне пришлось ему отказать. И теперь по вашей милости, он хочет забрать документы Евы и перевести её в другую балетную школу.
– Как в другую школу? – Стефания не моргая, смотрела на Бунину. – А он объяснил причину?
– Сказал, что просто больше не желает водить её в ваш класс. Что вы опять устроили?
– Эвелина Алексеевна, я вас уверяю, что о решении господина Томашевского я узнала только, что от вас. Я непременно поговорю с ним и обещаю, что если я виновата в чём-то перед ним, то принесу ему свои извинения. Я постараюсь вернуть девочку в школу.
– Ну что ж, меня радует, что вы хотя бы сегодня не стали возражать и решили признать свои ошибки, – Бунина натянуто улыбнулась. – Идите в класс, не дело опаздывать. И, пожалуйста, не забудьте поговорить с Томашевским. Поверьте, это очень важно для всех нас.
– Хорошо, – Стефания поднялась на ноги и направилась на выход из кабинета.
Остановившись в коридоре, она достала из кармана брюк телефон и набрала номер Евы.
Девочка ответила не сразу. Услышав голос своего педагога, она расплакалась в голос и сообщила ей решение дяди об учёбе в другой балетной школе. Ева была безутешна, и Стеше пришлось приложить немалые усилия, дабы успокоить её и пообещать, что она непременно поговорит с Томашевским и постарается его переубедить.
Занятия провела сумбурно. Мысли о Еве не давали покоя. С трудом сосредоточившись на вопросах, которые задавали её воспитанницы, она закончила урок теории и перешла к новым элементам техники.
Закончив работу и попрощавшись с девочками, она стремительно покинула стены школы и, взяв такси, отправилась в коттеджный посёлок, где жили Томашевские.
Ей долго пришлось объяснять охране на пункте пропуска о цели своего визита.
Мужчины несколько раз звонили хозяину дома, но тот, похоже, не торопился давать разрешение на проезд своей неожиданной гостье. Спустя полчаса ожидания, от него всё-таки последовал звонок и, записав её паспортные данные, секьюрити пропустили её на территорию посёлка.
Покинув такси, Стефания подошла к калитке, которую для неё распахнул охранник и, поприветствовав мужчину, стремительно направилась к дому.
Ева встретила её в холле.
Крепко обняв её за плечи, Стеша опустилась перед ней на колени и девочка, уткнувшись личиком в её плечо, снова расплакалась. Оболенская, прижав её к себе, погладила по волосам и попыталась успокоить.
– Малыш, ну не плачь. Пойдём… – Стеша поднялась на ноги и, обняв её за плечики рукой, медленно направилась к небольшому диванчику в центре холла. Усадив девочку, она присела с ней рядом и прижала её к себе, нежно поглаживая рукой по распущенным волосам. – Я поговорю с дядей и попытаюсь убедить его, что решение, которое он принял ошибочно. Я постараюсь изменить эту ситуацию и добиться, чтобы ты снова начала ходить ко мне на занятия. Ты подождёшь меня в своей комнате?
– Да, – Ева всхлипнула и, обняв Стефанию руками, прижалась к её груди. – Стефания Павловна, пожалуйста, упросите его, чтобы он разрешил мне снова ходить на ваши занятия. Потому что я не хочу заниматься больше ни с кем другим.
– Хорошо, малыш, я постараюсь. Он у себя в кабинете?
– Да, последняя дверь направо, на первом этаже.
– Хорошо. Ступай пока к себе. Я потом зайду к тебе перед уходом.
Девочка согласно кивнула и, поднявшись на ноги, направилась к лестнице, поднимаясь на второй этаж в свою комнату.
