– Вчера вечером видел свою кузину Яэль. – Он подмигнул мне, будто нас с ним связывал общий секрет. Что было правдой. – Удачи тебе на Южноамериканском кубке. Привези этот трофей в наш район, Камила.
Он нажал звонок на двери и вышел из автобуса. Когда-то журналисты прозвали его Чудодеем. Но никакое чудо не способно было исцелить его порванные связки. Бывший игрок «Сентраля» захромал прочь. Я мысленно повторила его последнюю фразу: «Привези этот трофей в наш район».
Кому еще известна моя тайна? Кто еще обсуждает меня?
На входе в школу я заметила Роксану – но только тогда, когда она напрыгнула на меня у самой двери.
– Эй, успокойся! Так и до инфаркта можно напугать, – сказала я.
– Диего выложил твое фото, и ты просто пропала с радаров. Если уж кто и напугался до инфаркта, так это я, – прошипела Роксана и вслед за мной вошла в школьный вестибюль. Увидев, что я в полном недоумении, она схватила меня за плечо и воскликнула: – Погоди, ты что, ничего не знаешь? Не знаешь, что случилось в выходные?
Мимо нас пробежала стайка младшеклассниц, и Роксана прикрикнула на них:
– Тише вы! Ее ж так инфаркт хватит!
Господи Боже, за какие заслуги ты послал мне Роксану? Непонятно. Я не успела еще ничего уточнить, а она уже включила мобильник и показала мне страничку Диего в Инстаграме. Я уронила рюкзак на пол и выхватила у нее телефон.
На экране красовалось наше с ним фото – старое, на снимке мне было одиннадцать, а ему тринадцать. И подпись: «Друзья». На мне был слитный голубой купальник, а на нем – старенькие форменные шорты «Сентраля». Тощие, как ящерки, загорелые до черноты, хотя лето еще только начиналось, мы сидели на дереве, уплетая мушмулу, и улыбались до ушей. Я отчетливо помнила тот день. Пабло сделал эту фотографию на свой первый смартфон.
И вот теперь я поспешно зажала рот ладонью, чтобы не выругаться рядом с невинными младшеклассницами. Диего вообще соображал, что делает? Он не имел никакого права выкладывать пост обо мне! И все-таки я ощутила прилив нежности – к этой парочке смешных тощих птенцов, которые понятия не имели, что им готовит судьба. А правда, как бы сложилась наша жизнь, если бы Диего не уехал в Турин?
– Можешь стереть пост? – спросила я, прекрасно зная, что с чужой страницы пост не удалить.
Роксана закатила глаза.
– Тогда пусть он сам удалит, – упрямо сказала я.
Взяла ее под руку, и мы пошли в класс.
– Этот пост обсуждают все, ну буквально все, – объяснила Роксана. – Журналисты скоро разнюхают, кто ты такая. И что ты тогда будешь делать?
Я не знала. Знала я лишь одно: до субботы, когда Диего улетать, еще слишком долго. Я и хотела, чтобы он уехал, и горевала, что он уедет. По крайней мере у меня есть Роксана. Я снова возблагодарила за это небо, потому что Корреа-покойницу за такое не поблагодаришь. С Роксаной я познакомилась значительно раньше, чем в моей жизни возникла Корреа. Может, если бы у Корреа была такая надежная подруга, как Роксана, она бы и не погибла от жажды в пустыне. Может, подождала бы дома у подруги, пока муж благополучно вернется. А может, мне надо гнать из головы кощунственные мысли, вот что.
– Я тебе звонила на домашний миллион раз, – сообщила Роксана. – Вообще, девушка, вам пора бы положить деньги на счет мобильного!
– А я тебе звонила с мобильного Диего, но ты не взяла трубку. Я тебе даже сообщение написала.
– Ага, а когда я перезвонила, то тебя рядом с ним не было, и мне пришлось как дуре расспрашивать его про Италию.
– Ты говорила с Диего?
Мы вышли в школьный дворик. Дежурная по школе, сестра Антония, которая в прошлом году закончила школу и стала монахиней, углядела нас издалека и зычным командирским голосом – а такой у нее всегда был по утрам – прикрикнула:
– Фонг! Блузку заправить!
Роксана сердито сверкнула глазами, но послушалась.
– Что она важничает? Заделалась начальницей, суч…
– Так ты хочешь послушать про выходные или нет? – поспешно перебила я, потому что слух у сестры Антонии был как у летучей мыши. Еще не хватало, чтобы нас в наказание выгнали с уроков.
– Рассказывай немедленно, – выпалила Роксана.
Но я не успела даже начать. Во дворике щебетала стайка девчонок с коммерческого отделения. Они заметили нас и тут же засыпали меня вопросами:
– Ты правда переезжаешь в Италию?
– Он тебе правда подарил бриллиантовые сережки?
– А почему ты нам не рассказывала, что встречаешься с Титаном?
Я не ответила, и они разобиделись и зашипели как змеи.
– Некоторым везет, а они счастья своего не понимают, – бросила Ванина, а ее подружки закивали.
– На ее месте я бы сегодня вообще носа в школе не показывала.
– Бог дает хлеб тому, у кого нет зубов, – добавила Пилар. – Она его пост даже не лайкнула!
– Тебе заняться нечем, только мне кости перемывать? – спросила я Пилар, наступая на нее.
Она поспешно попятилась и упала, и во мне взыграло злорадство.
Роксана оттащила меня за руку, а подружки помогли Пилар встать.
Зазвонил звонок на урок – и хорошо, а то не знаю, каких дел я бы натворила. Но после этой стычки сплетницы оставили меня в покое.