Судья дал свисток. Началась жеребьевка, и я выиграла. Значит, на этот раз солнце не будет светить в глаза Роксане. Я поспешно потерла браслет из красной ленточки, подарок Диего. Сейчас удача нужна мне как никогда! Буду надеяться, что мой талисман сработает, даже если мы с Диего расстались. Из зрительных рядов выкрикнул что-то ободряющее парень Руфины – как всегда, в кошмарной черно-красной футболке. Я вспомнила, как она плакала на турнире, а он утешал ее. И откровенно позавидовала – вот везет человеку. А потом вдруг услышала знакомый голос. Мама!
–
Мамин голос подхлестнул меня как электрический разряд. Я оглядела ряды зрителей, и сердце подсказало, где высматривать маму – вон она, машет голубым с серебром флагом нашей команды! Глаза у меня затуманились от слез. Мама, мамочка пришла!
– Вперед, Фурия! – еще пронзительнее выкрикнула она.
Матч начался, и вскоре Наталия, та самая «девятка» из «Итапе», нанесла удар, который Роксане удалось заблокировать. Первое предупреждение. Эта девчонка свою ошибку дважды не повторит.
В контратаке мы с Руфиной и Агустиной выстроились в линию, которая продержалась до самой штрафной парагваек. Но Руфина слишком затянула с пасом, и защитница увела у нее мяч.
Мамин голос все еще звучал у меня в ушах, и я помчалась отбирать мяч. Следующие несколько минут его гоняли по всему полю, он переходил от нас к противнику и обратно, полузащитники обеих команд не давали пройти к своим воротам. Наконец пятый номер «Итапе» отдала длинный пас их «одиннадцатой», а та, к счастью, оказалась в офсайде.
«Итапе» прощупывала почву, но моя команда растягивалась, чтобы закрыть каждый квадратный сантиметр поля.
Наталия вырвалась вперед и закрутила мяч в ворота, и на этот раз Роксана не смогла отразить удар. Гол обрушился на нас как удар ножа. И, как стремительно теряют кровь, мы в считаные секунды потеряли уверенность и смекалку.
Теперь, когда противник нашел слабое место в нашей обороне, он давил на нас так сильно, что моя команда не смогла долго продержаться. «Итапе» забила еще дважды – оба раза с почти одинаковым исполнением, со свободного удара пробив по воротам под таким углом, что мяч не сумела бы поймать даже гибкая супергероиня Эластика.
Прозвучал свисток, тайм закончился, и мы поплелись к сеньоре Алисии, униженные, не поднимая глаз. Три гола подкосили нас, и наша попытка выиграть турнир провалилась.
Но сеньора Алисия посмотрела на нас с обожанием.
– Вы выкладываетесь по полной, – подвела она итог. – Так, выигрыш у нас больше не цель, но как насчет поиграть для радости, а? Как насчет выйти на поле и получить удовольствие? Как думаете – сумеете?
Мы вернулись на поле, и я отмела в сторону все лишнее. Я больше не воспринимала посторонние звуки, не замечала слепящего белого солнца, не ощущала, как саднит упущенный шанс. А если это для Фурии сейчас последняя возможность блеснуть? Я понеслась по полю так, как бегала когда-то по клеверным полям наперегонки с Диего. Легко, свободно и радостно. Я выдавала фантастические движения, от которых противницы бесились, а парни безумствовали, и то изводила и трепала одну защитницу, то выдавала другой финт «радуга».
Но когда я попыталась забить гол, мяч полетел выше ворот.
Потом его перехватила Руфина и увела за собой половину защиты, оставив меня наедине с вратарем противника. И на этот раз я не промазала.
Мягким касанием я направила мяч в правый нижний угол ворот, и он пересек линию.
Зрительные ряды взорвались криками. Сама я заорала так, что чуть не сорвала голос. Когда команда противника разыграла мяч с центра поля, я все еще была в эйфории.
«Итапе» вознамерилась стереть нас в порошок, но Хулия увела мяч, а потом я в стиле тики-така, свойственном «Барселоне» под руководством Гвардиолы, приняла мяч на грудь и отдала пас Руфине. Она ударила, девчонка-вратарь «Итапе» отбила мяч раскрытыми ладонями. Я была готова к рикошету и отправила мяч в ворота голенью.
Мы с моими девчонками даже не стали прыгать и обниматься – пока что было не до того. Нужно было выйти на ничью, а время истекало. Следующие несколько минут мы атаковали и атаковали, но словно какая-то незримая сила мешала нам забить гол, пока наконец мы с Руфиной снова не оказались во вратарской площадке. Я чутьем уловила, что сейчас она обогнет защиту, чтобы забить. Однако внутренний голос нашептывал мне: если этот гол забьешь ты, у тебя получится хет-трик.
На меня смотрели мама, миссис Тапиа, Джилл Райан, репортеры и огромная толпа зрителей. Но тут я увидела, что Руфина совсем одна.
Если я попробую пробить и промажу, она не успеет к мячу после отскока от вратаря.
Секунды стремительно таяли.
Я сделала выбор.
Подключилась к своей внутренней Алекс Морган и отправила мяч Руфине сквозь стену защиты противника. Она приняла его с готовностью, как поцелуй, и забила гол с такой силой, что девчонка-вратарь даже глазом моргнуть не успела.
Вот теперь-то мы завопили, запрыгали, обнялись! Руфина промчалась в угол поля, рухнула на колени и во всю глотку заорала: «Го-о-ол!»