Внезапно Эфкен схватил меня за запястье, размазывая чужую кровь по коже, и одним движением развернул так, что я со слезами на глазах посмотрела в противоположную сторону. На трибунах, освещенных тусклыми лампами, сидели десятки людей, но никто из них не обращал на нас внимания. Все они просто наблюдали за боем в клетке.
Когда Эфкен прижал меня спиной к своей мускулистой обнаженной груди, я от неожиданности вздрогнула, но отстраниться не могла. Слезы продолжали беззвучно стекать по моим щекам.
Он приблизил губы к моему уху, так что я почувствовала их приятную мягкость, и прошептал:
– Смотри, Медуза, – еще одна слезинка скатилась по моим щекам, словно совершая смертельный акт, – там десятки мужчин. Возможно, один из них и есть тот самый ублюдок, с которым ты связана. – Эфкен прижался ко мне всем телом, и я даже сквозь одежду почувствовала невероятный жар его кожи. Как он мог быть таким горячим? Слезы свободно покидали мои глаза, пока я продолжала слушать его, навострив уши. – Но ты со мной.
– Интересно, – сказал он, причиняя мне боль своими словами, – будет ли между вами такое притяжение, как у нас с тобой? – Он усмехался, как будто хотел оскорбить меня. – Не знаешь? А я знаю. Такого никогда не будет.
– Зачем ты все это говоришь? – прошептала я дрожащим от слез голосом, в котором прорывалось отчаянное желание отстоять собственную независимость.
– Потому что я хочу, чтобы ты знала, – насмешливо ответил он и сильнее прижался ко мне. – Если сейчас же не скажешь, что только что сделала со мной, то будешь каждый день проливать слезы, что узы Непреложной печати связали тебя не со мной. Ты будешь молиться, чтобы на месте того гребаного незнакомца оказался я. Будешь желать меня, пока смотришь на его лицо. – Он резко выдохнул через нос, как будто сказанные им слова разозлили его. – Я убью этого говнюка.
Я медленно отстранилась и вытерла слезы тыльной стороной ладони.
– Разве ты не обещал убить его, чтобы я смогла вернуться?
Он посмотрел на меня.
– А что, если ты влюбишься в него?
Я совершенно не ожидала услышать подобное от такого человека, как он.
– Неужели ты веришь в любовь?
– Я не глупец, но такие, как ты, верят, – сказал он. – Что, если ты влюбишься в него и не захочешь возвращаться?
Это было невозможно, но на мгновение я представила, что такое действительно случится. Несмотря ни на что, я бы хотела вернуть свою семью, свою прошлую жизнь, которую отставила где-то в неизвестности. Я бы хотела вернуть времена, когда я еще была нормальной. Какой бы величайшей ни оказалась та любовь, я бы все равно выбрала семью. С другой стороны, я ни разу в жизни не думала, что мое сердце – этот полый заледеневший орган – будет принадлежать мужчине. Я боялась, что если однажды полюблю кого-то, то оно растает. Я не верила, что существует любовь, как в романах, которые я читала, – такая страстная, настоящая, пылкая. Ведь из двоих один всегда любит больше, а другой обязательно однажды уйдет.
Я так долго молчала, что у него на лице появилась опасная улыбка. Я не стала смотреть на Эфкена – из-за слез наверняка выглядела ужасно. Я не знала, находился ли рядом кто-то, с кем я действительно связана узами. Не знала, шла ли у меня кровь из носа по той причине, которую назвал Мустафа-баба… Существуют ли вообще эти узы Непреложной печати? Я не знала ничего из этого и ни в чем не была уверена. Шмыгнув носом, я прошла мимо Эфкена и направилась к темному каменному коридору, через который мы попали в эту обитель смерти около часа назад. Мои действия на мгновение удивили его, но потом он догнал меня двумя огромными шагами и развернул лицом к себе.
– Куда это ты собралась? – прорычал он, и я уставилась на него. Мои глаза щипало от пролитых слез. – Ты так и не объяснила мне, что произошло. И не ответила на мой вопрос о том засранце. Неужели ты думаешь, что можешь просто так уйти от меня?
– Мне все равно некуда идти, так что я собиралась сесть в машину и вернуться в твою дыру, – прошипела я. Эфкен замер и просто посмотрел на меня. В его глазах я будто увидела часовой механизм, часовая стрелка которого замерла как парализованная, а минутная бешено вращалась, будто хотела сбежать, оставив прошлое позади. Его зрачки были циферблатом, отсчитывающим время жизни.
Я снова заговорила:
– Что касается любви. Если мы найдем того парня, постарайся убить его поскорее, потому что я не собираюсь влюбляться в местных. И оставаться здесь, забыв свою семью, тоже не собираюсь.
