Чтобы взбодрить свою напарницу и вновь заставить ее сосредоточиться на расследовании, Отаменди спросил ее, не появилась ли какая-либо информация о смерти Айноа Абенохар, на что Ирурцун ответила отрицательно. Зато, как она сообщила, в распоряжении полиции имелись записи с камер видеонаблюдения из церкви Сан-Игнасио-де-Лойола, где обитал падре Мантерола: судя по ним, никто не входил в жилую пристройку и не выходил из нее в промежуток с четырех до шести часов вечера.
Отаменди поинтересовался также, не удалось ли что-то найти в кабинете профессора Ольмоса на биологическом факультете. Ирурцун ответила, что там был проведен обыск и технические специалисты перерыли весь компьютер профессора, не обнаружив, однако, ничего интересного. Она также рассказала, что ректор университета наконец отправил им всю информацию по проекту «Саутрела XXI век», но там было столько документов, а в участке творилась такая неразбериха, что до сих пор никто так и не взялся за их изучение.
Ирурцун выглядела очень удрученной и разочарованной. Айтор подумал, что человеку, привыкшему следовать правилам, было тяжело принять предательство со стороны руководства.
– Займись пока изучением документов, касающихся отбора участников в проект «Саутрела XXI век», – сказал ей Отаменди. – Кто не попал в число счастливчиков, были ли какие-то разногласия при проведении конкурса – ну, не знаю, что-то такое…
– Для этого нужна целая команда, Хайме, а я одна, – возразила Ирурцун, показывая на себя.
– Льярена сейчас ищет немцев, Гомес стоит на дежурстве, а мы займемся допросом Санхиту. Никто лучше тебя не справится с этой задачей, Сильвия. Нам очень нужна твоя помощь.
Ирурцун уже не пыталась протестовать. Казалось, она окончательно выбрала сторону, и ее обида, должно быть, придавала ей еще больше сил. Айтор был очень рад, что у них появилась такая союзница. Эта женщина была настоящим воплощением эффективности. Они оставили ее в комнатке для задержанных, а сами отправились в коридор, где находились камеры: за всеми дверями, мимо которых они проходили, было тихо. Когда они дошли до одиннадцатой, Отаменди обратился к Эве:
– Я хочу, чтобы с ним говорила ты, хорошо?
Эва кивнула, но Айтор заметил в ней некоторую нервозность. Он еще ни разу не видел ее такой неуверенной за все время знакомства – то есть с начала этой ночи, что, однако, казалось ему уже целой жизнью. Он хотел что-то сказать, но ничто так и не пришло ему в голову, и Отаменди, вставив ключ в замок, открыл откатную дверь. Внутри, на каменной лавке у стены, был парень двадцати с небольшим лет, одетый в зеленое худи с капюшоном. Он лежал на спине, положив предплечье на лоб. Когда он поднял голову, все трое увидели его круглое лицо, обрамленное редкой бородкой и не выражавшее ни малейшего беспокойства.
– А ты что здесь делаешь?
Алекс Санхиту нахмурился при виде вошедшей в камеру Эвы. Тон у него был какой-то наигранный, преувеличенно манерный.
– Привет, Алекс, нам нужно задать тебе несколько вопросов.
Задержанный посмотрел на них с видом крайнего недоверия. Он остановил свой взгляд сначала на Айторе, затем на Отаменди. В конце концов по его губам скользнула улыбка.
– Мне очень жаль, но мой адвокат ясно дал мне понять: я могу говорить только в его присутствии, – произнес Алекс, разводя руками с видом чрезвычайного сожаления.
Айтор подумал, что от этого типа им едва ли удастся чего-либо добиться. Он явно считал себя умнее других. Возможно, все это высокомерие и наигранность были лишь маской, защитной реакцией, однако, как казалось, ее было очень сложно преодолеть. Алекс Санхиту был задержан с предъявлением серьезнейших обвинений, но Айтор не видел в нем ни малейшей тревоги: напротив, от него исходили вызывающая уверенность и легкость.
– Алекс, они собираются свалить на тебя все произошедшее этой ночью. Их не интересует, виновен ты или нет, им нужен просто козел отпущения, – сказала Эва.
– А, ну конечно, и ты пришла меня спасти. – Алекс Санхиту слез со своей лавки и принялся расхаживать по камере, разглядывая своих визитеров. – А можно узнать, что вообще связывает вас троих?
– Это долгая история. Я, как всегда, работала этой ночью в лаборатории «Аквариума», занимаясь своей диссертацией, и тут объявились они – судмедэксперт Айтор Инчауррага и полицейский Отаменди, с косточкой тетраодона. Им нужна была консультация.
– Тетраодона? Хм… – Алекс Санхиту, казалось, был искренне удивлен.
