Галерна полностью

«Ну что?– говорило ее лицо с поднятым подбородком.– Давай, осуждай меня, вот она я».

Айтор улыбнулся. Он сам не знал почему, но просто улыбнулся. Возможно, это был единственный способ сказать ей, что он не собирался совать свой нос в это дело, что ее жизнь касалась только ее самой и никого больше. Эва, казалось, поняла все это без слов: ее лицо расслабилось, плечи опустились и напряжение исчезло.

– Извини, дорогая, но было важно дать полное представление о нравах нашего факультета.– Алекс Санхиту подошел кОтаменди, стоявшему в дверях камеры, и выглянул через его плечо в коридор. Казалось, ему было совершенно плевать на причиненную им боль.– Тот год выдался для тебя непростым, правда? Все парни стали считать тебя давалкой, а девушки – шлюхой… И знаете, как она отреагировала? Она решила, что никогда не будет сама участвовать ни в каких сплетнях и обсуждениях за глаза… Я сам пару раз заходил к ней, чтобы посплетничать о ком-то из тех, кто распространил ее фото, но она отказалась меня слушать, сказала: «Кто-то же должен разорвать этот порочный круг». Восхитительный пример преодоления, не правда ли? Потом она попросилась работать в ночную смену в «Аквариуме» и исчезла.

Алекс Санхиту прохаживался по камере, наслаждаясь драматизмом созданной им ситуации. Айтор представил себе, как должна была чувствовать себя Эва. Несомненно, это было невыносимое унижение.

– Да, это был ужасный год. Но история закончилась, точка, – сказала Эва, подняв брови: она обладала удивительной способностью держать удар. Затем аспирантка подошла к Алексу Санхиту и бросила ему в лицо: – Что ж, я выполнила свою часть. Теперь твоя очередь. Что ты знаешь о проекте «Саутрела XXI век»?

– То, что я уже говорил. Это была полная фикция, а победительницы были просто назначены, без какого-либо отбора. – Алекс Санхиту сделал фыркающий звук губами.

– Почему именно они?

– Потому что они спали с профессором Ольмосом. У нашего красавчика-препода был целый гарем на факультете. Это всем известно.

– У Клары Салас была интрижка с профессором Ольмосом? – спросил Айтор.

– «Интрижка»? – насмешливо повторил Алекс Санхиту, ткнув пальцев в судмедэксперта. – Очаровательно звучит. Надо запомнить. Ну, если у Клариты была с ним интрижка, то и у Майте тоже – поверьте, они всё делили на двоих. Даже члены.

– А две другие девушки? Айноа Абенохар и Юсра Адиб?

Парень самодовольно улыбнулся, всем своим видом показывая, что ему все известно.

– Ну, вы же понимаете, что такое постное мясо. Иногда после него хочется дать себе волю и слопать хороший стейк. Клара и Майте – они такие стройняшки, такие анорексичные… А Айноа, наоборот, кровь с молоком, сочная деревенская пышка… – с пренебрежением в голосе произнес Алекс Санхиту. – Вот насчет Юсры – не знаю. Может быть, ей была отведена роль особого блюда в меню или она была нужна как символ политкорректности в проекте.

– У тебя есть какие-либо доказательства своих слов? – спросил Отаменди.

– Об этом все говорили.

– Для судьи подобные сплетни – пустой звук, – сказал полицейский. – Все выглядит так, как будто ты просто набросал дерьма на вентилятор, чтобы испачкать им всех вокруг.

– Вот как? – Алекс Санхиту пожал плечами.

– Алекс, если ты что-то знаешь, расскажи нам. Мы же договорились, – напомнила ему Эва.

– Поговаривали, что профессор любил хранить фоточки своих шлюшек. Ну, вы понимаете, чтобы иногда самому снимать напряжение. – Алекс Санхиту сделал вид, будто собирается заняться самоудовлетворением. – Вроде как у него была целая коллекция в его кабинете.

– В кабинете профессора Ольмоса был проведен обыск, там всё перерыли сверху донизу, включая компьютер, но ничего не нашли, – сказал Отаменди.

– Какой кабинет вы имеете в виду?

– Его личный кабинет на биологическом факультете в Университете Страны Басков.

Очень довольный собой, расплывшись в улыбке, задержанный покачал указательным пальцем из стороны в сторону. Отаменди посмотрел на Айтора и затем на Эву. Алекс Санхиту явно знал что-то такое, что еще не было им известно. Подозреваемый разглядывал их, забавляясь произведенным впечатлением и размышляя, говорить дальше или нет. В конце концов он расслабился, словно решив сотрудничать.

– Да будет вам известно, что в рамках проекта «Саутрела XXI век» преподавателям и административным сотрудникам были выделены помещения во дворце Мирамар, – сообщил Алекс, двигая бедрами.

На Айтора словно вылили ведро холодной воды. Дворец Мирамар находился в десяти минутах ходьбы от полицейского участка, но в сложившейся ситуации он был абсолютно недоступен.

– Может быть, именно в этом кабинете профессора Ольмоса следовало бы провести обыск, как вы считаете?

– Ты говорил об этом инспектору Эчеберрии? – спросил Айтор.

– Нет.

– Почему?

– Он не спрашивал.

– Что ты можешь рассказать об Айноа Абенохар? Ты знаешь, что с ней произошло? – с нетерпением спросил Отаменди.

– Понятия не имею. Вообще Айноа строила из себя недотрогу, такая дурочка.

Айтор потер лицо руками.