Отец Доран не мог не понять, что причиной такого поведения служит упомянутый в первый же день приезда гостей случай с завещанием лорда Чедвика, подробностей которого он не знал, но внимательно вглядевшись в Коркорана, не заметил, что совесть последнего сильно отягощена тем обстоятельством, что он получил преимущество и деньги, причитавшиеся другим.
Однако отношение мужчин к Коркорану было пустяком в сравнении с тем, что происходило с юными леди. До прибытия младшего племянника милорда Хэммонда девицы, если и не ладили между собой, то и явных ссор не было. Теперь каждая видела в другой врага. Мисс Хэммонд искренне раскаивалась, что пригласила с собой Эстер. Зачем она так сглупила? Мисс Морган была неумна и её конкуренции Софи всерьёз не опасалась, о Бэрил нечего было и говорить, но Эстер теперь проявила себя во всей красе.
Сама же мисс Нортон теперь совершенно не понимала, как мог ещё вчера привлекать её внимание какой-то ужасный хам и урод Клемент Стэнтон? Сегодня, получи он даже весь Хэммондсхолл, и даже Сент-Джеймс, это не заставило бы её и голову-то повернуть в его сторону. Но кое-что беспокоило Эстер. Ещё по застольным вопросам брата в день их приезда она поняла, что тот приехал в Хэммондсхолл только ради человека. Что если и сам Коркоран имеет те же омерзительные склонности, что и Стивен? Однако после внимательного наблюдения она поняла: какие бы склонности не были у мистера Коркорана — её братец ему глубоко безразличен! Она видела, что Коркоран едва замечал Стивена, на все восторженные комплименты не обращал ни малейшего внимания, был холоден и всячески избегал его. Он говорил только с дядей и его другом-священником. А раз так — Эстер смело пошла на приступ.
Мисс Софи Хэммонд и в голову не приходило, как могут меняться люди. Эстер казалась ей раньше девицей милой, здравомыслящей и спокойной, но теперь в приятных чертах Хетти проступил, к её ужасу, звериный оскал. Она не знала сомнений и была настроена весьма решительно. Привлечь внимание мистера Коркорана она готова была любыми средствами — и в этом Софи скоро довелось убедиться.
В парковой беседке, где мистер Коркоран уединился с книгой, мисс Нортон настигла его и нисколько не задумываясь, выложила ему все гадости, которые знала о Софи.
— Если бы вы только знали, что говорили про неё в пансионе! Более самоуверенной и высокомерной особы не видывал свет! Когда к нам приехали попечители, она добилась, чтобы именно ей было предоставлено право приветствовать их, хотя было немало девиц куда достойней. И что же? Бог наказал её за наглость и спесь. Едва прибыли миссис Роуз и преподобный Браун, она, выходя на помост, споткнулась и свалилась в грязь, ещё и подвернув ногу! Как всё хохотали, Боже!
Мисс Хэммонд, случайно оказавшись рядом с беседкой, заскрипела зубами от злости. Подумать только, эта замарашка ещё смеет вспоминать такие глупости! Сама она, впрочем, тоже не осталась в долгу, в этот же день за ужином припомнив, как в пансионе мисс Нортон влюбилась в учителя музыки, и какой смех это вызывало у всех остальных.
От былой дружбы с Эстер не осталось теперь и следа, мисс Морган ничуть не привлекала Софи и, оставшись в одиночестве, ей ничего не оставалось, как поближе сойтись со своей сестрой Бэрил. Мистер Коркоран, она была уверена в этом, никогда не обратит внимания на эту серую мышь, а Софи хотела иметь союзницу против безродных нахалок, пяливших глаза на их кузена. Кроме того, ей казалось, что Бэрил должна располагать некоторыми необходимыми ей сведениями.
Она зашла в библиотечный зал, где часто проводила время сестра, и тепло приветствовала её.
— Бэрил, дорогая, а ты опять среди книг? Как ты можешь проводить столько времени одна? Я бы с ума сошла, ей-богу! Я люблю быть на людях, помню, как однажды заболела в пансионе, и все ушли на прогулку, а меня оставили. Я думала, что с ума сойду! Всё мерещилось, что кто-то сидит под кроватью, и, казалось, время остановилось. Было так страшно! Но ты, я гляжу, ничего не боишься, сидишь одна…
Мисс Стэнтон была удивлена словами Софи, до этого не утруждавшей себя попытками сближения и смотревшей на неё с презрительной жалостью, однако ответила с теплотой. Она привыкла к одиночеству, точнее, к уединению, пояснила она. В нём нет ничего страшного. Это покой. Что в нём может пугать? Это возможность отдаться своим мыслям, осмыслить чужие поступки, углубиться в книги. Тут Бэрил заметила, что Софи почти не слушает её и поняла, что вопросы, задаваемые сестрой, сугубо формальны, на её же собственные вопросы Софи отвечала скороговоркой. Бэрил поняла, что кузине что-то нужно от неё и спокойно ждала.
