– Почему ты всё ещё лис? Все остальные потеряли своё волшебство, а ты почему нет? Скажи мне, почему у тебя всё хорошо?
– Хорошо? Хорошо! Думаешь, превратиться в бурого лиса – это хорошо для меня? Быть лисом – уже само по себе отвратительно. Но по крайней мере я был розовым лисом, во мне было хоть что-то особенное. А теперь я просто обычный бурый лис.
– Кря-кря! – Пип, казалось, согласился с ним.
Джереми зарычал на Пипа:
– Замолчи! Я всё ещё могу тебя съесть! На самом деле ты – единственное, что здесь осталось нам на обед.
– Кря-кря-КРЯК! – Пип запрыгнул к Чиа на колени.
– Мы найдём Виолу, и я обещаю, что пущу в ход бутылёк и лук со стрелами. В этот раз я всё сделаю как надо. Пожалуйста, позвольте мне найти её. Помогите мне туда добраться. Я ничего не вижу. Мне нужна ваша помощь.
– Виола дважды забрала у тебя зрение, и ты всё ещё хочешь ей помочь? – удивился Роберт.
– Что? – Чиа не поняла. Что это Роберт сказал?
– Дружище, ты бы сказал ей хотя бы о зрении? Ай-ай-ай! – Роберт закончил предложение блеяньем.
– Моё зрение? – Чиа слабела с каждым новым открытием.
Роберт откашлялся.
– Ты – дочь королевы. Королевы фей. Ты – перворождённая и наследница трона. Подтверди, Джереми.
– Это правда, – пробормотал тот.
Мозг Чиа переваривал эту новость, как она пережёвывала чёрствые куски хлеба, которые ела на ужин в шахте. Девочка не хотела верить этой чепухе. Лучше убежать домой к Виоле. Даже шахты казались ей сейчас привлекательными. Принцесса-фея? Наследница трона? Она? Этого не может быть!
– Какое отношение к этому всему имеет Присцилла? – спросила Чиа.
Роберт откашлялся.
– Присцилла украла сердце твоей мамы.
– Ты что, собираешься ей всё-всё рассказать? – задыхаясь в истерике спросил Джереми.
– Да, всё. Это единственный способ, – ответил Роберт.
– Продолжай, пожалуйста! – Чиа отчаянно хотелось узнать больше.
– Твоя мама вышла замуж за смертного человека, Джорджа Греголу. Это было запрещено, но она всё равно это сделала. Они жили с твоим отцом на…
– Лавандовом холме, – договорила за него Чиа. Неужели это правда?
– Да, верно. Именно там они и жили. Артемий, мисс Роберта, Хайди и Джереми служили в её королевской армии. Они были единственными, кто отправился с ней в человеческий мир. Чтобы защищать её.
У Чиа ноги отнимались. Это было похоже на сказку.
– Значит, вы все волшебники?
– Да, я волшебник, – ответил Роберт. – И моя сестра. И Хайди. Джереми, старина – принц гоблинов. Артемий – принц эльфов. Как они стали служить твоей маме – это отдельная история.
– Джереми – действительно гоблин? Это многое объясняет, – задумчиво произнесла Чиа. Ведь Джереми и вёл себя всё время как гоблин.
– Гр-р! – прорычал в ответ лис.
Роберт топнул копытом и громко проблеял.
– Позвольте мне продолжить. Это твоя история. Твоё наследие. Присцилла была служанкой твоей мамы. Обычным смертным человеком, не более. Мы считаем, что она пробралась в спальню в полночь и украла её сердце.
– Когда? Сколько мне было лет? – Чиа с трудом пыталась собрать всё воедино.
– Тебе было десять. С тех пор прошло два года, – ответил Роберт.
У Чиа свело живот до тошноты.
– Но это невозможно. Моя мама умерла при моём рождении, а не когда мне было десять лет. Папа воспитал меня и Виолу. Вы видимо меня с кем-то перепутали. Я не фея. Не могу ей быть. Это глупо.
– Ты самый упрямый человек, которого я встречал в своей жизни, – воскликнул Джереми.
– Кря-кря, – заспорил с ним Пип.
– Чиа, ты тоже жила под проклятием. Оно изменило твои воспоминания. Я рассказываю тебе правду. Клянусь честью твоей мамы. Твои родители воспитывали тебя вместе. Это то, Чиа, что тебе нужно знать в первую очередь. – Роберт умолк и издал напряжённое блеянье.
– Продолжай… – сказала Чиа. Она боролась с собственным рассудком – верить всему этому или нет. История звучала так неправдободобно.
– Ты никогда не была слепой. Когда Присцилла похищала сердце твоей мамы, именно Виола помогала ей в этом. Это она слепая. Она украла у тебя зрение вместе с воспоминаниями.
Чиа села на землю. Она чувствовала себя опустошённой. Одинокой. Преданной. И она всё ещё не могла поверить тому, что услышала. И не поверит. В этом нет никакого смысла. Девочка ничего не помнила. Мама умерла при её рождении. Это точно так. Она ослепла после болезни в детстве. Её воспитал папа. Один. Разве не так? Чиа поглубже затолкнула эмоции, которые грозились разразиться бурей, и сильно сглотнула, чтобы удержать их внутри.
– Проснись уже! Мы нарушаем все правила и теряем шанс стать снова собой. Зачем нам сейчас врать тебе? – голос Джереми звучал искренне.
Джереми никогда не был добр к ней, но и никогда не обманывал. Он был прав, когда советовал Артемию выбросить её вон. Чиа стала виной тому, что произошло.
– А проклятие?
– Два года мы оставались в этом виде. Два года все мои воины были просто стадом коз. А королевская стража оказалась запертой в этом доме. Пока…
– Пока что? – больше всего на свете Чиа хотела это узнать.
– Пока ты не поговорила с Хитченсом в тот день в шахте. Именно поэтому Роберта смогла прийти к тебе на помощь. Ты постояла за себя. Ты, наконец, поставила себя на первое место.
