– Роберт, Клэриэль – моя мама? – девочка сама не знала, почему это спросила. Роберт не сказал, что случилось с её мамой, когда Присцилла забрала у неё сердце. Была ли она вообще жива.
Роберт откашлялся и выдержал длинную паузу, прежде чем заговорить.
– Нет. Клэриэль – бабочка. Она делает волшебную пыльцу из алмазов. Тех, которые тебя заставляли добывать. Алмазы сами по себе волшебные. А когда Клэриэль превращает их в волшебную пыльцу, они обретают невероятную силу. Силу, которой сейчас повелевает Присцилла.
Чиа оставалось только проглотить новые сведения. Феи, волшебный порошок, бабочка и волшебство. Это было захватывающе, удивительно, но её семья была важнее.
– Что случилось с моей мамой?
– Ну давай, скажи ей что ли. Всё равно она забудет, – поторопил Роберта Джереми.
Чиа была благодарна, что он хоть раз с чем-то согласился. Она крепче прижала Пипа к себе. Папа всё ещё был жив. Возможно, мама тоже. Она никогда её не видела, если верить воспоминаниям. Как она выглядит? Она весёлая и жизнерадостная? Или задумчивая и спокойная? Кто её мама?
– Чиа, твоя мама – это… – Роберт вдруг замялся.
– Кто? – Чиа застыла в напряжении. – Пожалуйста, скажи мне!
– Твоя мама… Королева Лилли-Пилли. Известна также как Лилли-Пилли-Лейн, 66.
Чиа потеряла дар речи. Дом был её мамой? И никто не сказал ей? Девочка вспомнила, как бесчисленное количество раз они обращались к дому как к человеку. И он реально был человеком всё это время. И не просто каким-то человеком. Он был её мамой. Королевой фей, не меньше. Чиа чувствовала себя глупо, оттого, что недодумалась сама. Она же знала, что её маму зовут Лилли, но даже и предположить не могла…
Девочка закрыла глаза, теперь понимая, почему чувствовала себя здесь как дома. Её любили, о ней заботились, она была в безопасности и под защитой в этих четырёх стенах. Но она упустила возможность поговорить с домом. Поговорить с мамой. Сейчас он окружал её точно пустая раковина. Не более чем просто дом. Мёртвый. Безжизненный.
– Если мы победим Присциллу и вернём сердце моей мамы, есть шанс, что спасём её?
– Возможно, – ответил Роберт.
Чиа опустила голову. Ей хотелось задать так много вопросов – про маму, проклятие, про отца, где он может быть? Но она чувствовала, что это бессмысленно. Она понимала, что всё это не имеет значения, пока они не победят Присциллу и не вернут мамино сердце. Её собственное сердце закололо при мысли, сколько раз она уже обманывалась. Нельзя позволить снова этому случиться. Она должна снять проклятие. Её мама, сестра и отец зависят от этого. И её друзья.
Девочка так много узнала о том, кто она. И теперь она должна была всё это забыть. Она не будет ничего помнить. Но теперь лучше, чем когда-либо она понимала, что на этот риск пойти необходимо.
Чиа встала, выпрямилась, чтобы почувствовать себя выше, сглотнула и приготовилась к тому, что сейчас Роберт посыплет её волшебным порошком. И он заставит её забыть, кем она на самом деле является. Кем все на самом деле являются.
– Роберт?
– Да, ваше высочество?
– О, да хватит уже её так называть, именем гоблина тебя заклинаю, – Джереми был очень зол.
– У меня есть крылья? – Это был глупый вопрос, и у неё было ещё много других. Например, где находится Фарен, волшебное королевство, были ли феи крошечными и как они дружили с эльфами и гоблинами. Но почему-то единственное, о чём она могла думать – это может ли она летать.
– Конечно, у тебя есть крылья. У нас у всех есть. Когда мы феи и эльфы. И мы не маленькие. Это миф. Ты готова? Я посыплю тебя порошком, и ты забудешь. А когда придёшь в себя, я соглашусь помочь спасти твою сестру. До встречи с той стороны.
– Поторопись уже. Умереть можно! – заорал Джереми.
– До свидания, моя принцесса-фея. Я навсегда останусь твоим верным рыцарем.
Чиа почувствовала, как лёгкая пыль покрывает всё её тело, начиная с макушки и кончая пальцами ног. Она почувствовала, что её качает из стороны в сторону, точно она снова стала младенцем и лежит в люльке. Все мысли разлетелись. Желания улетучились. Тихая колыбельная зазвучала в ушах. Мысленно она подпевала ей. Стало так спокойно и мирно.
– Чиа!
– Чиа!
– Чиа, проснись!
Чиа села. Она была на земле. Она была… Что она делала?
– Пип, это ты?
Чиа вспомнила. Виола забрала сердце Присциллы и украла волшебную силу дома. Артемий стал просто деревом, а мисс Роберта – статуей. Они застыли и больше не могли говорить и двигаться. Зрение у неё пропало. Она снова была слепа.
– Да, это я. Я так рад, что с тобой всё хорошо. Но мне очень надо найти Хайди.
– Пип, подожди, – девочка услышала, как он пошлёпал прочь. – Джереми? – позвала она, надеясь, что он цел.
– Угу. Всё ещё здесь. Так же зол. И по-прежнему хочу съесть утку.
Чиа почувствовала себя немного лучше, поняв, что Джереми остался самим собой.
– Джереми, представь меня девочке. Мы не имели счастья встречаться раньше.
Услышав новый голос, Чиа вскочила на ноги, недоумевая, кто это говорит.
– Чиа, это Роберт. Роберт, это Чиа.
– Ай-ай-ай, мог бы сделать это поделикатнее. Я так рад познакомиться с тобой. Я – Роберт.
