Руководитель обкома ВЛКСМ являлся заметной фигурой в иерархии власти, входил в число кандидатов членов бюро обкома КПСС по должности. В комсомоле Геннадий Янаев получил опыт аппаратной работы, узнал правила расстановки и подбора кадров, научился выступать, вообще держать себя на публике. Главное, что он понял, — это принципы руководства сложными системами. Привлекался он и к решению хозяйственных дел, поскольку комсомол являлся поставщиком кадров для народного хозяйства и должен был откликаться на призывы партии направить на ту или иную стройку добровольцев. На фотографиях Янаева того времени мы видим фактурного и привлекательного молодого мужчину с внешностью мачо.
Сегодня принято говорить о комсомольской работе пренебрежительно, как о показухе и средстве продвижения молодых карьеристов, однако следует понимать, что других возможностей у юношества в то время зарекомендовать себя на общественном поприще не имелось. Те, кто хотел и любил работать с людьми, был от рождения вожаком, шел в комсомол. В его рамках проводилось множество спортивных и культурных мероприятий, фестивалей, соревнований. По воспоминаниям товарищей, Геннадий Янаев смог создать в обкоме здоровую психологическую обстановку, когда люди тратили свое время не на интриги, а на конкретную работу. Он пробивал квартиры своим сотрудникам, считая своим долгом исполнять обещания, которые давал, привлекая в обком. Вопреки номенклатурным традициям, Янаев не любил, когда люди задерживались на работе после шести часов вечера.
Горьковская область была одной из крупнейших в СССР по населению и экономическому потенциалу, так что Янаева неплохо узнали и в Москве, где он должен был часто появляться, поскольку был избран членом бюро ЦК ВЛКСМ — высокая честь для первого секретаря обкома. Он был единственным из коллег, если не считать традиционного Ленинградского обкома, кто вошел в этот высший орган. В то время союзным комсомолом руководил очень сильный лидер — Сергей Павлов. Но его возраст приближался к сорока, и речь шла о поиске ему замены. Не знаю — смог бы его преемником стать Янаев, но в отношении него у людей в ЦК КПСС, внимательно отслеживавших перспективные кадры, были иные планы. В марте 1968-го его пригласил Николай Александрович Петровичев, первый заместитель заведующего отделом организационно-партийной работы ЦК, и предложил перейти в Москву председателем Комитета молодежных организаций СССР (КМО). Янаев пробовал отнекиваться, мол, Горьковская область — закрытая, и из иностранцев он принимал только монголов. Но слушать его не стали, да и он особенно не упирался, понимая, что от таких предложений не отказываются. Вскоре на секретариате ЦК под председательством самого Михаила Андреевича Суслова его утвердили.
Тут следует учесть, что Павлов уходил не совсем хорошо, и дело не в его пресловутой принадлежности к комсомольской группировке Семичастного — Шелепина. Ревизии выявили недостатки финансово-хозяйственной деятельности, в том числе в КМО. Павлова, кстати говоря, поставили главой Госкомспорта, и это нельзя считать таким уж понижением, как это принято утверждать. Там он продолжал заниматься примерно тем же, чем и в комсомоле. Работа была интересная — с поездками за границу, приемами иностранцев, советский спорт находился в центре внимания и советской и мировой прессы, так что жаловаться Павлову особо было не на что. Тут и проведение Московской олимпиады, и организация тура наших хоккеистов в Канаду, и игры Карпова с Корчным, и создание лотереи «Спортлото» с ее миллиардными оборотами.
Но Янаеву довелось проработать в Москве с Павловым только три месяца. Сам факт, что разговор о новой работе с ним вели в ЦК партии, означал, что Павлов уже не решал ничего в комсомоле. Правда, утверждают, что он ранее хотел перевести Янаева в столицу главой оборонно-массового отдела, но подтверждений этому нет.
Что же представляла собой новая должность Янаева? Комитет молодежных организаций был создан в 1956 году на основе Антифашистского комитета советской молодежи, появившегося во время войны. Комитет занимался представительством СССР в международном молодежном движении. ВЛКСМ напрямую не мог или не хотел участвовать в различных организациях и форумах как идеологизированная политическая организация, и потому использовался КМО как некая ширма. Иными словами, это было подобие международного отдела ЦК ВЛКСМ. Его даже называли «комсомольским министерством иностранных дел». КМО входил в такие организации, как Международный союз студентов и Всемирная федерация демократической молодежи (ВФДМ), имея представителей в их секретариате и бюро соответственно.
