Шалаева бросили на укрепление ВЦСПС, поскольку Шибаев не показал себя, по мнению Брежнева, и теперь он собирал вокруг себя команду из наиболее способных руководителей. Участок работы Геннадия Янаева был, конечно, не самым важным, но довольно почетным и ответственным. Выросли и его позиции на международной арене — теперь по профсоюзной линии. С 1987 года он являлся членом административного совета Международного бюро труда — руководящего органа Международной организации труда при ООН — и заместителем председателя Бюро Всемирной федерации профсоюзов. Понятно, что членство ВЦСПС в этих организациях было чистой воды фарисейством. Но это не отменяло обязанностей выступать, спорить, организовывать. Янаев, участвуя в работе руководящих органов мирового уровня, продолжал учиться тому, как строятся связи с общественностью в свободном мире, называемом тогда «капиталистическим». А поскольку его попадание в ВЦСПС совпало с мирным наступлением Горбачева на внешнеполитическом фронте — «новое мышление», «разрядка» и т. д., то его работа оказалась востребованной более, чем прежде. И Янаев теперь меньше был стеснен инструкциями и партийным надзором.
Заслуги его не остались незамеченными. Когда в 1989 году состоялись выборы народных депутатов СССР — первые свободные, то часть депутатов избиралась от общественных организаций, в том числе от профсоюзов. Так Геннадий Янаев стал депутатом. Это оказалось решающим в его фантастическом взлете — в 1986-м он еще зампред ССОД, а в 1990-м — уже вице-президент СССР. На первом собрании московской депутатской группы, где тон задавали столичные демократы, нападавшие на Горбачева, Янаев выступил в защиту Михаила Сергеевича и его курса на перестройку. Так генсек впервые обратил внимание на умеющего красиво говорить профсоюзника. В сентябре того же 1989 года Янаев был избран заместителем Шалаева, став человеком номер два в профсоюзах. Это было сделано по свежим следам шахтерских забастовок, потрясших Советский Союз. Отныне профсоюзы не могли более отмалчиваться и занимать отстраненную позицию. В противном случае им грозила потеря всякого влияния — на арену выходили неподконтрольные компартии стачкомы. В Кремле помнили, что события в Польше в 1980–1981 годах начались с создания независимого профсоюза «Солидарность».
Янаев, таким образом, принадлежал к числу политических выдвиженцев поздней перестройки, чем и объясняется стремительность карьеры. В апреле 1990-го он уже стал председателем ВЦСПС. Степан Шалаев в новых условиях растерялся, не знал, что делать. На Геннадия Янаева возлагалась надежда, что он сможет сохранить значение и роль официальных профсоюзов. Однако кресло зашаталось под ним еще до того, как он в него сел. В марте 1990 года была создана Федерация независимых профсоюзов России (до этого республиканских профсоюзов в России не было) — те же официозные отделения ВЦСПС в масштабах РСФСР. Янаеву грозила участь лишиться реальных рычагов власти и собственности. А в июне в Донецке состоялся первый съезд шахтеров СССР, на котором было принято решение готовиться к созданию собственного профсоюза.
Поэтому его согласие на избрание секретарем ЦК КПСС, состоявшееся в июле 1990 года, на пленуме после XXVIII партийного съезда, на котором он выступал — «Нельзя поставить к позорному столбу 18-миллионную партию!» — было получено без особенных проблем, хотя Янаев, судя по его воспоминаниям, и поупирался немного для приличия, мол, Михаил Сергеевич (а разговор шел именно с ним), мне будет неудобно оставлять должность, едва ее заняв. Судя по всему, у Горбачева не было относительно Янаева определенных планов, он просто понравился ему как перспективный работник — хорошо и гладко умеет говорить, неплохо держится на публике, поддерживает перестройку, за рынок, но при социальной поддержке — так он сказал на XXVIII съезде. Поэтому сперва ему дали международные дела, хотя на этом направлении уже сидел Валентин Фалин. Горбачеву важно было держать его у себя под рукой. Он даже пошел на очевидный скандал — в профсоюзах, когда узнали о переходе Янаева в ЦК, раздался гул возмущения — как же так, для чего бы его избрали председателем ВЦСПС? (Такая же картина была на Украине после избрания на том же пленуме замом генерального секретаря Владимира Ивашко, месяц назад избранного председателем Верховного Совета УССР.) Янаеву пришлось сказать, что он перешел на работу в партию в то время, когда никто туда не шел кроме идеалистов, поскольку на КПСС обрушился шквал критики и карьеристы начали из нее уже выходить.
Затем президент предлагал ему то возглавить Гостелерадио (пост в итоге занял Леонид Кравченко), то российскую компартию вместо Ивана Полозкова (тот удержался, но менее чем через год был сменен Валентином Купцовым). Янаев отбивался от этих предложений, но достаточно тактично и уважительно, так что Горбачев по-прежнему числил его в своих соратниках и доверял ему.
