Ви вернула ошеломленный взгляд на качели, которые уже пустовали. На девушку накатила волна усталости от пережитого потрясения. В голове никак не стыковались слова и действия, смыслы и намеки, жесты и мерцавшие взгляды. Она не желала копаться в том, что озвучил этот поразительный Делегат – в нем действительно было нечто, что действовало особо маняще и опьяняюще на «первичку», но ранее ей некогда было осмыслить это.
Все представители Правящего класса покоряли и одновременно пугали выходцев из младших классов, но Энаудер совершенно точно уловил разницу: его облик взволновал Вивиан на том вечере, не вызвав никаких противоречивых и пугающих чувств, в отличие от вида других Делегатов.
Девушка откинула голову назад и со всей силы прикусила губу, мечтая, чтобы сиденье немного раскачалось и убаюкало ее. Интерьер словно задышал в унисон с потребностями гостьи, и качели начали мерное движение вперед и назад. Вивиан окончательно запуталась и не знала, где и в ком искать врага. Ее собственное чутье дремало, не желая выходить на охоту. Чувство горечи и жажда мести сменялись бессилием и сомнениями. Но хуже всего было то, что она отдалялась от понимания самой себя. Верно ли она рассуждает? Правильно ли действует и интерпретирует свои чувства? В нужном ли месте находится?
Эти семена, посеянные отчаянием и одиночеством, стали всходить в ее душе болезненными нарывами. Девушка не заметила, как окна покрыли стальные жалюзи, а качели медленно преобразовались в ложе из натянутой ткани, походившее на гамак, на котором она позволила тьме отключить свое сознание.
В этот раз в своих сновидениях Вивиан не переживала заново смерть отца и Лилы, а о чем-то шепталась с господином Энаудером на званом ужине, всматриваясь в аккуратные симметричные линии его лица, отдаленно напоминавшие что-то близкое и родное, и испытывала целый вулкан эмоций.
Все это казалось до убогого наигранным и постановочным, будто в сны Ви кто-то влез и неумело дирижировал ее ассоциациями. Но все могло оказаться куда тривиальнее: наивность и неопытность Ви в романтических отношениях делали ее сновидения до жути нелепыми и рафинированными.
Разбудил ее сильный импульс, похожий на толчок. Ви села, обводя взглядом комнату, которую перед сном запомнила совсем иной. Модуль вновь переменился: вместо панорамных окон ее встретили интерактивные пол и стены, на которых проекцией рисовались волны, омывавшие скалистые берега Кеотхона. Она видела подобные проекционные пейзажи в детстве, в учебном центре, когда им рассказывали о географии материкового города.
Осознав, на чем она лежала, Фэй вновь чуть не вскрикнула. Ее бежевое ложе было пушистым и мягким, как настоящее шерстяное покрывало, но держали его тысячи черных воздушных шариков, веревки от них вели к отверстиям в центре интерактивного пола. Ви в буквальном смысле парила и мягко раскачивалась на верхушках шаров, которые удерживали ее каким-то немыслимым инженерно-техническим чудом, недоступным для понимания «первички». Края ложа заметно расширились, и на углу Ви заметила стопку с базовой сменной одеждой: черные походные шорты с множеством карманов и черную майку.
Огромный голубоватый шар, легкий и пустой внутри, подлетел к Вивиан, как макет маленькой планеты. Сверху на нем стоял Идо, сложив руки за спину. Его длинные волосы были собраны в тугой узел и закреплены на макушке толстой волнообразной шпилькой лилового оттенка. Эффектная тога сменилась бежевой туникой свободного прямого кроя, отороченной по краям золотистыми ромбами. Туника доходила почти до колен атланта, внизу были видны свободно струившиеся широкие однотонные шаровары.
– Ваш организм истощен, – Идо лишь сухо озвучил то, что оба прекрасно ощущали на уровне биоэнергетики.
Фэй чувствовала слабость и голод, а еще потерянность и полную дезориентацию, будто мозг не успевал за зрительной картинкой и постепенно склонялся к безумию.
Вдруг рядом с ложем донеслось странное жужжание. К «первичке» подлетал поднос из настоящего дерева с мини-турбодвигателями. У Ви чуть глаза на лоб не полезли от абсурдности конструкции возникшего предмета. Поднос плавно опустился на колени девушки, предлагая полакомиться неким горячим блюдом в виде зеленого круга, пахнувшего незнакомыми травами, и субстанцией однородной консистенции в каменной чаше, которая имела красноватый оттенок.
Когда двигатель подноса заглох, Ви удивленно подняла голову на безмятежного Глоуроусаудерса:
– Зачем понадобились движки? Они ведь вам не нужны, чтобы воздействовать на умную мебель.
– Это изобретение четвертого класса. Предмет из их коллекции домашней утвари. Они хотели создать аналог нашей, – ответил Идо, и лиловая плазма его глаз заискрилась.
Ви готова была поспорить, что это был один из признаков снисходительной насмешки.
– Как прошла беседа с подозреваемыми? – спросила Ви Делегата, терпеливо наблюдавшего за ее трапезой.