Девушку охватила первобытная ярость, которая взяла верх над ее сознанием: она повалила столик с протяжным рыком, перевернула диван, на котором они спали с Лилой, пнула второй, на котором спал отец, так, что он ударился об стену.
– Будь все проклято! Будь все проклято!
Вивиан кричала, игнорируя настойчивый громкий стук в капсулу.
Бессильно упав на колени, Вивиан тяжело задышала и только тогда отреагировала на шум за электронной дверью. Ви открыла, не пытаясь даже унять гнев или расслабить перекошенные от ярости черты лица. За дверью стоял низкорослый жилистый лысый мужчина, из-за его спины выглядывала жена с черной косой на правом плече.
– Вивиан, позволь посидеть с тобой? Мы слышали шум и понимаем… – гнусаво и обеспокоенно заговорил мужчина, сосед по жилому уровню.
Вивиан не желала никого видеть и слышать. Единственное, что поддерживало в ней жизнь и двигало ею, было намерение отыскать кого-нибудь из ополченцев и разузнать о голубом свечении. Ви должна была разобраться, что именно изменили в записи. Девушка грубо оттолкнула плечом соседей от двери, которая закрылась за ней, и молча ринулась к ступеням.
Глаза застилала пелена ненависти, девушку трясло от желания выплеснуть весь гнев и отчаяние. Спустившись на нижние ярусы, где уже вовсю кипела ночная жизнь, она решила оставить мысли о поисках ополченцев и изменить первоначально намеченный курс – заявиться прямиком в Центр гражданской ликвидации. Быть может, еще не поздно. А если поздно… Она не успокоится, пока не зальет этот центр кровью или не сожжет все дотла, залив керосином.
Путь к ЦГЛ лежал через толпу на Кварцевой площади, которая всегда пестрила и плащами патруля, и красными банданами сновавших без дела ополченцев. В тени ярусных закутков рыскали безликие и безымянные дилеры в капюшонах, предлагавшие психотропные вещества и нейростимуляторы, якобы способные сравнять организм низших с носителями СМЧ.
Но болезненное желание увидеть горящий ЦГЛ не позволяло Виви отвлечься. Лишь одному искушению она поддалась по дороге: с размаху ударила ногой по вскинутой руке памятника рабочим, погибшим на производстве. На парочку влюбленных «первичников» тут же посыпались ржавые надломленные медные пальцы. Они поспешили встать, но, узрев физиономию взбунтовавшейся Вивиан в паре сантиметров от себя, резко отшатнулись. Парень смачно выругался, чем привлек внимание скучавшего патрульного, который тут же двинулся в их сторону.
Ви, не глядя на реакцию окружающих, принялась изо всех сил пинать и колотить статую по ногам и коленям, чувствуя, как с каждым ударом звереет все больше, и понимая, что не сможет остановиться, пока не раскрошит ее до основания.
Патрульный разглядел дебоширку в самом сердце площади и вызвал подкрепление, проговорив в запястье:
– Диспетчерская, запрашиваю подкрепление на квадрат M12. Зафиксирован акт вандализма, нарушение гражданского порядка. Объект крайне агрессивен. Риск возгорания мятежа и поднятия бунта – семьдесят пять процентов.
Вивиан не замечала, как с разных сторон к ней подступали люди в плащах, обходя толпу, внимание которой было приковано к народному памятнику, символу труда и самоотверженности первого класса. Статую в одиночку методично колотила невысокая щуплая девушка в рабочем комбинезоне. Она обрушивала град ударов и пинков на статую, которая не давала сдачи и никак не реагировала на свирепость Ви. Обломанные пальцы статуи оказались единственным повреждением.
Короткие черные волосы Виви растрепались и кололи глаза, пот проступил на лбу, а статуя все не поддавалась, будто насмехаясь над девушкой. Та замахнулась кулаком и ударила прямо в область паха одного из запечатленных работников, вызвав оглушительный гул по периметру, хруст собственных пальцев и проступившую кровь на костяшках. Девушку откинуло назад, она упала, ободрав правую ладонь. В этот момент ее окружила стража.
– Немедленно прекратите противозаконные действия.
Двое патрульных подошли со спины и заломили руки девушки. Та завопила на всю площадь, отпихнув локтем одного из стражников, а второго ударив затылком в нос. Она ощетинилась и зарычала на всех окружающих, кинувшись на следующего патрульного, схватив его руками за туловище и протаранив им толпу. Он пытался избавиться от железной хватки девушки, но та сжала его будто намертво, толкая, пока стражник не споткнулся о чью-то тележку с бижутерией и не свалился на железную пластину на земле.
Виви, не помня себя от бешенства, села на него верхом и впечатала в лицо кулаком пару раз, один раз промахнувшись. Ее грубо схватили и оттащили от стражника, но она продолжала молотить кулаками по воздуху и дергать ногами в попытке кого-нибудь задеть. Один из патрульных поспешил достать транквилизатор, но его отвлек жуткий визг, который раздался в паре метров от них. И десять-пятнадцать молодых ополченцев в красных банданах кинулась в бой, превращая задержание Ви в настоящую массовую потасовку с представителями правопорядка.