Пятеро сразу же отбросили двоих стражников, державших Вивиан в своих тисках. Оставшиеся четверо патрульных были не в силах управиться со шквалом лютого сопротивления, которое грозило закончиться кровавым мордобоем. Когда ополченцы оттеснили патрульных, прикрыв собой Ви, которая тоже кидалась в драку, запястья патрульных запищали. Запрет на применение бластеров был снят. К темному ремню каждого патрульного под плащом был прикреплен белоснежный продолговатый бластер, стрелявший парализующим зеленым разрядом и умерщвляющим синим.
Вивиан готова была стойко принять свою гибель, но несколько ополченцев прикрыли ее, выставив вперед самодельные черно-красные бластеры. Началась перестрелка, и люди с криком хаотично побежали в разные стороны.
Ви могла расслышать громкий командный голос одного из патрульных:
– Задеты гражданские! Повторяю, задеты гражданские!
Рядом с ней материализовался один из ополченцев в красной кожаной куртке и с русыми волосами. Он громко скомандовал своим:
– Они будут отступать. Вызвали наряды. Надо уходить. Сейчас!
Как отлаженный механизм, все пятнадцать участников потасовки тут же разделились на небольшие группы и растворились в толпе, продолжая отстреливаться из-за перевернутых тележек и ларьков. Ви потянул за собой парень в красном, под общий шум и хаос увел ее в переулок, где они долго петляли между двумя жилыми стеллажами, а затем резко остановились у самой границы Кварцевой площади. Парень постучал два раза по металлической плите. Стук вышел гулким и отдавался эхом внизу. Повстанец резво вытащил складной нож, успевая озираться по сторонам, и, присев, ловко стал вскрывать плиту, которая, как оказалось, была слабо припаяна к металлическому покрытию земли.
Ви слышала вдалеке команды дневного патруля, объявляемые через громкоговоритель. Ее дыхание сбилось, шумело в ушах, костяшки пальцев правой руки опухли и гудели от боли. Девушка кровожадно оскалилась: «Пальцы за пальцы, вот как?»
– Эй, – послышалось снизу, и Ви увидела, что парень разобрался с плитой, под которой простиралась темная бездна. – Прыгай, и пошустрее.
Незнакомец глядел на нее снизу вверх, выжидая, пока девушка воспримет команду.
Вивиан плохо понимала, что она делает, но решила, что иного выбора нет. Оттолкнувшись, она прыгнула в зияющую холодную пустоту. Приземление вышло жестким, Ви пришлось присесть, но ноги выдержали. Теперь она находилась в бесконечном темно-зеленом туннеле, похожем на те многочисленные трубы-черви, по которым работники заводов и фабрик покидали промышленную зону. Одно отличие – здесь было сыро, отовсюду стекали сточные серые воды. Рядом послышался гулкий шлепок: повстанец приземлился аккурат возле нее и кивнул:
– Плиту закроют позже. Надо идти. В этой части труб небезопасно.
Вивиан не задавала вопросов. Пока что. Она молча последовала за незнакомцем, подозревая, что тот ведет ее в скрытый лагерь ополченцев.
Вскоре их накрыла кромешная тьма. Электричества не было, но парень шел твердо и уверенно, будто темень была его давним знакомым и вела его в нужную сторону сама. Ви старалась идти очень близко, чтобы не оступиться и не упасть прямо в грязные лужи.
– Так, еще на два уровня вниз, – внезапно раздался его голос, но Вивиан понятия не имела, о чем он говорит.
Как бы Вивиан ни пыталась напрячь глаза, слегка привыкшие к непроглядной тьме, она не сумела разглядеть, куда дальше вела труба. Но вскоре парень вновь заговорил:
– Тут крутой спуск по винтовой лестнице. Лучше положи руку мне на плечо, иначе свалишься и свернешь шею.
Вивиан к совету прислушалась и сделала так, как велели. Ткань, подделка под кожу, неприятно заскрипела под шершавой ладонью девушки. Они спускались медленно, ступенька за ступенькой, и у Вивиан неожиданно почти началась паника: потеря пространственной ориентации, клаустрофобия и ощущение бесконечности спуска.
Спустя долгое время, когда ноги уже начали неприятно гудеть от напряжения, они вступили на ровную поверхность, было так же темно.
– Почти на месте, – осведомил ее проводник.
После лестницы они резко ушли вправо, игнорируя прямой путь, и голос парня вновь послышался в паре сантиметров:
– Сейчас надо будет протиснуться в очень узкий коридор. Не бойся, он короткий.
Вивиан вновь накрыла волна клаустрофобии, когда она ощутила, как стены будто внезапно сдвинулись и сжали ее плечи так, что пришлось идти боком. При этом воздух в помещении практически испарился, и девушка старалась обуздать панику, чтобы не начать задыхаться.
Макушка ополченца, шедшего впереди нее, внезапно осветилась дальним светом. Они вышли из узкой щели на свет. Ви на секунду зажмурилась. Туннель в этой части значительно расширился, став похожим на огромный зал, освещенный продолговатыми трубами тошнотворного зеленого цвета у самого потолка. Вивиан жадно втянула сырой морозный воздух, от которого кончики пальцев и носа начали леденеть.