– Это не просто слухи. Мы занимались сбором доказательств, и они все здесь.
Вивиан позволила беспокойству и любопытству вырваться наружу:
– Так Элита правда этим занимается? Контролирует, монтирует и меняет все записи?
– Доподлинно мы не знаем, меняют ли они что-либо, но они способны изымать некоторые фрагменты.
– А фальсифицировать запись?
– Подобных случаев мы не встречали. – Покачала головой Альпетта, а затем с подозрением добавила: – Но они вполне могут быть.
От переизбытка чувств и эмоций Вивиан встала с табурета и зашагала по комнате, ероша короткие волосы на затылке:
– Выходит, нехарактерное голубовато-синее свечение говорит именно о воздействии извне?
– Да, мы подтвердили эту закономерность.
Глаза Ви загорелись.
– Тогда мы должны исследовать запись в моей камере! Она была сфабрикована, теперь в этом не может быть никаких сомнений! – Собственный голос показался Вивиан чужим, с такой яростью он прозвучал.
Специалисты не спешили выражать энтузиазм и поглядывали на лидера, которого сейчас «гримировали» на биомолекулярном уровне. Осознав, что все ждут его решающего слова, Фэй невольно затаила дыхание.
Гирон тоже уловил это ожидание его вердикта и произнес в потолок:
– Разумеется, мы соберем нужные материалы и подвергнем их экспертизе. – Ви уже готова была завтра сыграть свою роль так блистательно, как лидер и не мечтал, пока тот не добавил надменно: – Но мне нужно побеседовать с вами наедине, мисс Фэй, о ходе завтрашней миссии и о многом другом.
Это «многое другое» не на шутку испугало девушку, но та не подала виду.
Когда ей сообщили, что все прижилось идеально и нет причин для беспокойства, Вивиан позволили удалиться к себе, но перед этим она уточнила у командира:
– Когда нам следует обсудить это?
– На сегодня достаточно с вас, отдохните. Утром, после завтрака, мы и побеседуем.
Вивиан хотелось поддаться искушению и выпалить, что она изведет себя, если не уладит этот вопрос сегодня же, но, поразмыслив, все же молча удалилась, ведь Гирону предстояли еще как минимум четыре часа операции.
Сигнал к завтраку прозвучал оглушительной сиреной, заставив Ви резко сесть от неожиданности и с трудом восстановить дыхание и унять учащенное сердцебиение. Ей снились кошмары о гибели сестры и расправе над отцом. Во сне фигурировала ее мать, которая пыталась изъять племянника из живота Лилы и утопить его в кипящем котле, а ее саму по туннелям преследовала величественная и всемогущая тень Глоуроусаудерса. Еще и свирепый вой модернизованной сигнализации испугал Ви. В миг пробуждения щиты на потолке загорелись, освещая помещение. Вивиан с силой зажмурилась, пытаясь прийти в себя и восстановить в сознании события последних циклов.
Она все еще была в лагере революционеров, и ей предстояло внедрение в число гостей закрытого гала-ужина у мэра, где в одном с ней помещении будет находиться Идо, чей зловещий образ из сна не до конца развеялся в свете утра. Встав с постели, Вивиан ощутила нестерпимую тошноту. Девушку выворачивало наизнанку так, как уже давно не случалось. Чуть позже к приступу присоединился утробный, влажный кашель, и подземная сырость вызвала у «первички» легкий озноб и покалывание в суставах. Болезнь вновь ворвалась в тело в качестве извечного спутника.
Вивиан внезапно даже обрадовалась недугу: это могло помочь ей избежать вечернего приема. Но всплывший перед глазами ночной кошмар напомнил – у Ви есть обязательство перед ними, которое она непременно должна была исполнить.
Приведя себя в порядок, Вивиан вышла в коридор как раз в ту минуту, когда к ее дверям подошел русоволосый парень. Калун предложил позавтракать вместе, так как Крата была вновь отправлена на поверхность с поручением. Ви теперь пыталась уловить в юноше некие привычки или манеру, свойственные сыновьям по отношению к матери, но даже то, как тот обыденно называл свою мать по имени, абсолютно не выдавало природу их взаимоотношений.
Когда они шли к лестничному спуску в столовую, от внимания Ви не скрылись оживленность и бурная активность вокруг.
– Сегодня все на ушах, – прокомментировала «первичка», оглядываясь на пробежавшую мимо толпу бунтовщиков, приветствовавших капитана младших отрядов.
– Всех осведомили о миссии и мобилизовали для последующих событий, – лаконично проинформировал Калун.
Вивиан задумалась над услышанным. Разумеется, движение не стояло на месте и готовилось приступить к решительным действиям и расшатыванию народных масс в любой подходящий момент. Наверняка все силы были брошены на обеспечение поддержки осуществления планов и операций Гирона, напрямую связанных с прибытием Элиты и празднованиями планетарного масштаба. Во многом от этого зависели будущее и успешность планируемых переворотов. Но мобилизация была необходима и в случае недочетов, оплошностей или вовсе провала сегодняшней грандиозной аферы.
Чувство долга, страха и ответственности тяжелым камнем легло на ее сердце. Личные ставки Фэй были не менее высоки: если вечером что-то пойдет не так, то с ней тут же расправятся, не дав шанса добраться до истины о событиях в семейной капсуле.