— Я сейчас здесь, потому что верил… что если я буду тренироваться в два-три раза больше Неджи, то стану сильнее. Я верил в это… но я начинаю думать, что мне не догнать настоящего гения, — бормотал Ли, прижимаясь лицом к столбу, чтобы скрыть слёзы. — Окупится ли этот труд? Чтобы понять это, я вызывал Неджи на сражения… Но каждый раз одно и то же… Я ему и в подмётки не гожусь! Во время заданий у меня трясутся колени. Сколько я ни работаю, сильнее не становлюсь… и я так боюсь, что у меня ничего не выйдет.
Гай в тот день ответил:
— Тяжкий труд не принесёт результата тем, кто не верит в себя!
И Ли проняло.
— Ты очень похож на меня, Ли. Я тоже был неудачником, — весело говорил Гай, сидя с ним под открытым звёздным небом. Прекрасная ясная ночь. — Но теперь я могу справиться даже с этим элитным ниндзя, Какаши. «Я хочу доказать, что даже без нинджутсу и генджутсу можно стать отличным шиноби!» Это твой путь ниндзя? — Он улыбнулся шире. — Отличная цель! Ради такой стоит потрудиться. Поэтому!.. — крикнул он. — Ты должен поверить в себя и продолжать двигаться вперёд! Стань сильным мужчиной, на которого я могу посмотреть и улыбнуться!
Глядя на Ли, тяжело дышавшего от бесконечной гонки с песком, Гай чувствовал, что пламя его юности тлеет. Но это ещё не значило, что оно погасло! Ли стал сильным. Достойным того пути ниндзя, который однажды выбрал. Поэтому, поймав его взгляд, Гай улыбнулся.
Это переломило ход боя.
Песок перестал попадать в цель.
Ли вернул себе прежнюю скорость, словно преодолев некий барьер. Сасори облокотился о перила, наблюдая за участниками боя. Та техника Лотоса, которую испытал на себе Гаара, была не лучшим выбором в затяжном поединке, хотя бы из-за неадекватно тяжёлых последствий. В теле человека скрывалось восемь ограничителей, называемых Вратами, и техника Лотоса их снимала. Мозг начинал работать почти на сто процентов, раскрывался весь внутренний потенциал тела, на короткое время шиноби становился сильнее, чем Каге.
И цена этой мощи — смерть.
Если раскрыть все Врата, разумеется, что едва ли случится здесь. Сколько именно Врат умеет открывать Ли? Сасори внимательно за ним наблюдал. За тем, как он скрестил предплечья, остановившись напротив Гаары. За тем, как незримая чакра сгустилась вокруг него. За тем, как она подчинила воздух, устремившийся вниз.
— Я не знаю, что ты собираешься делать, но сейчас для тебя всё закончится, — мрачно посулил Гаара, уже без улыбки: осознал угрозу. Из тела Ли выходила чакра, кожа его покраснела, мускулы напряглись. Гаара не справился с Первыми Вратами, и если этот уровень повысится…
— Третьи Врата, Врата Жизни, открыты!
Сасори стиснул зубы.
— Четвёртые Врата, Врата Урона… открыты!!!
Самоубийца.
Ли сорвался в атаку, и дикий всплеск чакры разломил пол, поднял тучу пыли, Сасори потерял Гаару из виду, но лишь на миг: тот был наверху, подброшенный тяжёлым ударом. Песчаная броня крошилась, абсолютная защита осталась внизу, и Гаару стали просто избивать, точно так же, как недавно делал он сам. Точно так же, как бессилен был Ли, Гаара был бессилен перед его скоростью. Какие-то удары Ли даже Сасори не увидел, лишь услышал за их громом крик Гаары. Песок метался за ним, не успевая — бесполезная абсолютная защита.
Промчавшись мимо Гаары, Ли оттолкнулся от пола и пролетел к потолку, который стал трамплином для атаки, — и Гаара всё ещё падал. Броня спасла от повреждений, и всё-таки…
— Пятые Врата, Врата Предела… открыты! — раздался крик Ли.
Проклятье! Гаару никогда так не избивали.
Мгновение — и Ли кулаками, тяжёлыми от чакры, врезал ему в живот, отбросил вниз, но дёрнул назад за бинты, которыми его обмотал. И с криком:
— Высший Лотос! — ударил Гаару туда же — ногой и открытой ладонью. Сасори на миг похолодел — и прикрыл глаза от пыли, песка и мелких обломков, полетевших во всех взорванным облаком. Но увидел, как тыква Гаары рассыпалась.
И воцарилось молчание. Мусор с гулом оседал вниз. Гаара тяжело дышал, лёжа на песке, и даже поднять руку без дрожи не сумел. А этот Ли… Ли валялся в семи метрах от него. Сел, но встать от боли не смог. Светлые сыпучие струи слились в когтистую лапу, и та поползла к добыче. Так медленно, через силу, преодолевая плиту за плитой. Ли встал на колени, попытался подняться, но боль сбила его на четвереньки.
Сасори цыкнул, посмотрев на Гаару. Броня в трещинах, дрожащая рука, тяжёлое дыхание. Проверить кости не помешает. И Шукаку… Шукаку с проклятым полнолунием…
— Здесь действительно собрались чудовища, — втёк в мысли голос Орочимару, и Сасори осознал, что забыл про него.
— Мы не спрашивали ваше мнение, — вдруг взъярилась Темари, в ответ был лишь смех.
Песок схватил руку и ногу Ли, тот закричал в попытках вырваться сначала от усердия, спустя секунду — от боли:
— Песчаная гробница! — и сквозь крики был слышен хруст костей.
Ли упал уже без сознания. Песок на конечностях его не шевельнулся: чакра из него утекла, но Гаара атаковал снова:
— Умри-и-и.
Он прикончил бы Ли, не отбей песок Гай, спрыгнувший вниз. Сасори на мгновенье закрыл глаза. Всё закончилось.
