Двор, несмотря на свою важность, не был всем королевством. И Екатерина призывала сына решать все самому и принимать представителей провинций. Приводя пример Луи XII, королева предлагала Генриху III иметь под рукой список своих слуг, а также должностей и званий, чтобы в случае необходимости отблагодарить за верную службу. Важно, чтобы только король распоряжался должностями и привилегиями, на которые рассчитывали его подданные. Кроме того, если король в первую очередь должен отдавать внимание знати и духовенству, то он не должен забывать и города. Завоевать симпатии и поддержку «трех или четырех главных буржуа, имеющих больше других влияния в городе», а также «нескольких торговцев, пользующихся уважением сограждан» — значит обеспечить себе хорошую опору.
Завербовать себе сторонников но всему королевству, восстановить престиж королевской власти, посвятив себя своей знати, самому заниматься делами, направлять Совет твердой рукой, следить за нужным направлением заседаний Совета и стимулировать усердие государственных секретарей таковы предложенные Екатериной пути для восстановления королевского престижа, повиновения подданных и возрождения их симпатий к королю.
В конце XVI века истинной наследницей Людовика XI была именно она, Екатерина Медичи. Предложенная ею программа предвосхищала политику Ришелье. Но ее политические методы и средства были гораздо мягче и человечнее, чем у кардинала. Вероятнее всего, Генрих III не мог воспользоваться предложениями матери. До тех пор пока не будет достигнут твердый мир, король не имеет возможности действовать в этом направлении. В 1576 году желание католического большинства установить единство веры было еще непреодолимым препятствием. Ничего удивительного, что против государства гугенотов встало государство католиков. Стоя между двумя непримиримыми силами, король был не в состоянии играть роль арбитра и мог лишь перейти на сторону большинства. После победы реформатов поворот событий был неизбежен. Это произошло на сессии Генеральных Штатов в Блуа, как ответ на чайное желание короля, и следствием его стало новое военное столкновение. Началась шестая гражданская религиозная война.
Бесспорная победа гугенотов только разожгла страсти и предрассудки. Католическое большинство было вне себя от гнева, вынужденное не только терпеть, но и уважать презираемое им протестантское меньшинство. Генрих III, конечно, добился мира, но мира постыдного и унизительного. Глубоко задетый в своем личном самолюбии и гордости монарха, он повергнул в немилость епископа Лиможского, Себастьяна де Л'Обеспина, и два месяца не желал видеть свою мать.
Бессилие короля было очевидно. Было получено еще одно доказательство того, что военные и финансовые средства короны с большим трудом смогли лишь нейтрализовать могучий натиск гугенотов, умело мобилизовавших своих сторонников.
Постепенно католики пришли к выводу, что им остается самим защищать свою веру и составить фракцию, способную заменить беспомощное правительство. В правление Карла IX в Гюйенне, Лангедоке, Шампани и Бурже уже создавались вооруженные братства и ассоциации. Правитель Бургони Таванн хотел дать католикам своей провинции организацию, скопированную с организации гугенотов. 1576 год стал годом появления антигугенотской лиги, которая — и это было важно вовсе не заботилась получить популярного и бесспорного руководителя. Очень скоро стало ясно, что Гизы воспользуются ситуацией для обвинения короля в предательстве «истинной веры» и веры Франции.
25 декабря 1575 года Екатерина указала королю на опасность формирования противостояния. Одновременно Дейл, посол Англии, свидетельствовал, что Гиз ведет активную деятельность в Париже, выискивая все возможности для увеличения своей популярности. Он добавлял: «Его рубец очень заметен».
Отправной точкой союза католиков, назвавшего себя впоследствии Святым Союзом, была статья «мира Монсеньора», в котором говорилось о предоставлении принцу де Конде правления в Пикардии и в качестве безопасной зоны города Перонны. Жак д'Юмьер, правитель города, отказался подчиниться, и с дворянством, солдатами и жителями Пикардии создал лигу, чтобы помешать Конде вступить в свои владения. Одновременно он послал призыв всем принцам, господам и прелатам королевства: «Пришло время противопоставить их (еретиков) планам святой христианский союз, прекрасное взаимопонимание и согласованность всех верующих, лояльных подданных короля, союз, являющийся единственным средством, данным нам Господом, чтобы восстановить веру и подчинение королю». Создатели новой лиги хотели, чтобы за ней последовала не только вся Франция, но чтобы она вышла за пределы королевства.
