Хотя военная кампания шла главным образом на юге, благодаря принцу де Конде маленький пикардийский городок оказался вторым по величине театром военных действий. Договор Бержерака предоставлял ему правление в Пикардии, но католики провинции мешали ему вступить в должность. Он решил овладеть своей собственностью силой. 29 ноября 1579 года, тайно проехав по королевству, он захватил маленький городок Ля Фер. Екатерина поспешила встретиться с ним и пообещала руку сестры королевы Луизы, если он согласится сдать город. Он отказался и тем самым дал сигнал к войне, разразившейся весной 1580 года на юге страны. В ночь с 28 на 29 мая Беарнец атаковал Каор. После 4 дней сражения он вошел в город. До этого момента его принимали лишь как веселого гасконца, шутника и паяца. Теперь же он доказал свою личную значимость, храбрость и презрение к опасности. Благодаря этой военной операции в 26 лет он стал бесспорным главой всех протестантов. Но если общественное мнение, даже католическое, воздавало ему должное, за ним никто не пошел. Крестьянское восстание в Дофине и ограниченный успех Конде в Ля Фер остались отдельными фактами. Большинство протестантов высказалось за мир. В Ля-Рошель мэр города и буржуазия смогли сдержать третье сословие. Та же ситуация повторилась в Лангедоке. Теперь многие реформаты ясно видели, что дело религии лишь прикрывало частные интересы. За три с половиной месяца только три протестантских города Эг-Морг, Люнель и Соммьер поддержали восстание. На западе отдельные выступления гугенотов быстро обернулись грабежом и разбоем. Монтэгю и Пуату сначала решили соблюдать правила уважения к путешественникам и не разорять страны. Но, соблазн был слишком велик. Их отряд сразу вырос до 1500 добровольцев. Направившись на Руан и Париж, он согнулся под тяжестью собственной добычи. На юго-западе, после знаменитой осады Каора Беарнец был вынужден держать оборону. Его противник Бирон, генерал-лейтенант короля в Гюйенне, не оставил ему никаких лазеек и даже позволил себе роскошь бросить ему вызов со стен Нерака. На юге правитель Лангедока Дамвиль, привыкший вступать в дело только с каким-либо умыслом, вышел из своей вычисленной инерции только тогда, когда мятеж охватил всю провинцию. В Дофине герцог де Майен успешно сражался против Ледигьера, взял и разрушил Ля Мюр, главную крепость гугенотов. Оставалось захватить у принца Конде Ля Фер.
Генрих III поручил эту задачу маршалу де Матиньону. Конде счел правильным покинуть город и бежал в Германию (22 мая 1580 года). 7 июля Ля Фер был осажден, но город был хорошо укреплен и сдался только 12 сентября. Во время штурма 18 июля был ранен Ля Валетт, а у «д'Арка выстрел из аркебузы выбил 7 зубов и часть челюсти», рассказывает Л'Эстуаль. Генрих III решил вернуть Ля Фер, чтобы не дать повода для германских наемников вновь вернуться в страну.
Когда маленький пикардийский городок вернулся под власть короля, обе стороны стали подумывать о восстановлении мира. Самым заинтересованным лицом в прекращении войны был Монсеньор, так как тем летом 1580 года он был занят своими делами в Нидерландах и был неспособен сопротивляться страстному желанию надеть на себя королевскую корону, бывшую скорее теоретической, чем реальной. В сопровождении Белльевра и Виллеруа, опытных и преданных советников, Франсуа-Эркюль прибыл в Перигор для ведения переговоров с Генрихом Наваррским. Впервые на переговорах не присутствовала королева-мать. Она отказалась от них, так как, предоставляя право их ведения Франциску, она давала ему удовлетворение и укрепляла хрупкую связь между членами королевской фамилии. 26 ноября 1580 года мирный договор Фле (замок к западу от Бержерака) подтвердил мирный договор Бержарака и одновременно конвенцию Нерака. Белльевр и Виллеруа решили удовлетворить короля Наваррского в главном вопросе и пообещали отозвать маршала Бирона, а на его место назначить маршала де Матиньона. Кроме этого, реформаты получали право оставить за собой еще на 6 лет те города, которые занимали, но при условии, что они сдадут те, которые завоевали, и в первую очередь Каор. Король Наваррский легко принял эти условия. Итак, еще один договор (положивший конец седьмой, начиная с 1560 года войне) подобно всем предыдущим не стал иллюзией для Генриха III. Король здраво смотрел на вещи. И принц Конде, вернувшись во Францию, появился в Лангедоке и расторг соглашение. Но он потерпел поражение, потому что виконт де Турен от имени короля Наваррского заставил церкви тоже принять мир, которым, как и всему духовенству, надоело платить бесконечные военные сборы.
