Горе Генриха III было безмерно. Он больше не расставался с волосами своих друзей. Общественное мнение и прежде всего парижане, подстрекаемые Гизами, превратили в шутку этот культ монарха. Но их пристрастие очевидно. Если внимательно прочитать 16 пьес, собранных Л'Эстуалем, посвященных сражению фаворитов, то станет ясно, что королевские фавориты оказались наделены всеми существующими пороками. Победителю сражения, Антраге, наоборот, поется хвала, в то время как его противники названы содомитами в «Водевиле о сражении любимчиков». На следующий день после дуэли король не стал ее продолжать, так как был смущен своей несомненной ответственностью за Келюса, кроме того, преследовать Антраге означало нападать на дом Лотарингии. Отличающийся такой же храбростью, как Келюс, Сен-Мегрен был отправлен к дьяволу 21 июля людьми герцога де Майена и присоединился к своим друзьям, погибшим 27 апреля, в церкви Сен-Поль. Король приказал захоронить их в великолепных мавзолеях, над которыми возвышались прекрасные мраморные скульптуры. Вандализм членов Лиги разнес их на кусочки в 1589 году.
Так противостояние фаворитов Монсеньора любимцам короля сменилось соперничеством с людьми Гизов. Если подумать, король и его брат сражались через посредников. Теперь же герцог Анжуйский освободил место и занялся другими делами, а перед друзьями короля оказались друзья того, кто станет его самым опасным противником. Сражение между королем и герцогом де Гизом сначала велось на расстоянии до того момента, когда в 1588 году наступил день, в который должен был исчезнуть один из них. Если двор был разделен на кланы, то в провинциях ситуация была не лучше. Она была такой сложной и склонной к анархии, что с октября 1578 года по июнь 1579 года королева-мать находилась в турне по Франции, повторяя путешествие с Карлом IX, и в той или иной степени ей удалось помешать окончательному падению авторитета королевской власти.
До приезда Маргариты к маленькому двору короля Наваррского жизнь двора оставалась совершенно провинциальной. Но е приездом королевы новый образ жизни сменил старые суровые обычаи. Военные капитаны и суровые советники Беарнца узнали вкус праздников и галантных похождений. так Генрих Наваррский открыл, что «кавалер теряет душу, когда у пего нет любви».
Такой род рецептов совершенно не соответствовал ему. Вез особого труда его по очереди захватили в свои сети мадмуазель де Ребур (дочь президента Парламента) и Франсуаза де Монморанси де Фоссе. Маргарита со своей стороны взялась за виконта де Турен и афишировала свою связь. Суровость гугенотов была поколеблена и в конце концов пала. Д'Обинье находился в руках любовницы. То же случилось с Сюлли.
Стоит ли относить возобновление конфликта на счет сложных отношений Генриха III и его сестры? Король развлекался, высмеивая эпизоды талант ной жизни двора в Нераке. Его комментарии повергали Маргариту в страшный гнев. В свою очередь, она подогревала ненависть своего слуги, господина де Турен. Франсуаза де Монморанси и многие другие поторопились сообщить королю Наваррскому «слова презрения» Генриха III. Представительницы слабого пола горели желанием отомстить за насмешки над ними короля, а мужская часть партии гугенотов почувствовала с приближением весны возрождение воинского пыла. Из-за мирного договора мелкие дворяне Гаскони, Гюйенны и Лангедока были обречены на голод. В конечном итоге они влились в войско короля Наваррского, который, согласившись со своими советниками, решил начать военные действия и попросил предоставить помощь Шатийона и Ледигьера.
