Но кроме политики была, к счастью, музыка. Из радиоприёмника часто звучал Энди Вильямс с мелодичной песенкой «Love Story», - образец следующей волны популярной музыки, поднявшейся вслед за Битлз. Подключая к «копеечному» FM- приёмнику, выделенному ему в начале стажировки, купленный позднее (уже ближе к отъезду) катушечный магнитофон, он получал чистейшие записи тогдашних лидеров британских хит-парадов. Но по-настоящему «подсел» Георгий за время стажировки на интрументал – трио Жака Лоусера (контрабас, рояль и ударник), исполнявшее Баха в джазовой обработке, тоже бережно было перенесено на магнитофонную ленту с виниловых пластинок.
* * *
Однажды в Кренфильде произошла совершенно неожиданная встреча – и тоже благодаря «языковому вопросу». Один из студентов профессора Эллиса, по
происхождению индус, заинтересовался стажёром из СССР, так как имел желание изучать
русский язык. Он-то и рассказал Мирзоеву об «одном русском», который живёт недалеко за крикетным полем, в деревеньке из нескольких домов, и ведёт в колледже кружок русского языка.
- Как вас зовут? – руководитель кружка Александр Иванович Канаш изъяснялся на
чистейшем английском.
- Джорж Мирзоев – отвечал Георгий Константинович, также на английский манер.
- А… насколько вы знаете русский?
- Я боюсь, что очень хорошо – с улыбкой отвечал Мирзоев уже по-русски.
Александр Иванович предложил ему задержаться после урока, и они поговорили. После этой встречи они виделись и общались часто. У этого русского, жившего в Кренфильде, оказалась удивительная история жизни. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ НЕОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ _ ОБОСТРИТЬ Вот она.
Александр Иванович Канаш ещё до войны закончил в СССР институт железнодорожного транспорта, с военной специальностью артиллерист. Как то у него на работе произошло крупное ЧП – и его, по распространённой практике конца 30-х годов, обвинили во вредительской деятельности. Он попал в тюрьму. В войну, его, как зека, определили пехотинцем (а совсем не артиллеристом) в штрафбат, который сразу отправили «на убой». Где-то на участке Псков-Нарва батальон попал в окружение. В течение двух месяцев Канаш скрывался в доме у одной женщины, с которой у него возникли романтические отношения. Потом из немецкого кольца всё-таки удалось сбежать и вернуться к своим. Батальон переформировали и бросили на новый, горячий участок фронта. Тут он вторично попадает в окружение, и вслед за этим в немецкий концлагерь в Польше. Некоторое время спустя его определили на сельхозработы, на которых он встречает ту самую женщину и своего собственного полуторагодовалого сына!
Жизнь снова разбросала их – его отправили в Нормандию, строить на берегу
Ламанша укрепления против английского десанта. Однажды он улучил момент и бежал – переплыл пролив на лодке. Британские спецслужбы разбирались долго – откуда на их берегу взялся русский узник фашистского концлагеря. В итоге его завербовали в английскую разведку и отправили в разведшколу. В 1944 году его забросили Югославию
– когда встал вопрос о дележе Балкан между СССР и Великобританией. После войны он попал в Берлин – стал работать в администрации британского представительства. Оттуда, польузясь связями и доступом к документам он нашёл ту самую женщину и сына. Так воссоединилась, наконец, эта семья. До своего выхода на пенсию в 1953 году он работал вместе с женой в оккупационных английских войсках в Германии. В 53-м Королева
удостоила его английского гражданства – «за заслуги перед отечеством». К тому времени, когда он повстречал Георгия Константиновича, его сын уже был взрослым и самостоятельным, появлялся в доме родителей время от времени и русского языка почти не знал – как и супруга Александра Ивановича.
У самого Александра Ивановича в Белоруссии остался брат и мать, которую он
попросил Мирзоева попробовать разыскать. После возвращения в СССР было предпринято несколько попыток, которые остались безрезультатными. От предложения попробовать отыскать брата Канаш резко отказался – брат был кадровым военным и родство с английским шпионом могло сильно испортить ему жизнь.
* * *
