— Мы уже пытались взять храм и потеряли много воинов, — вклинился Алокаридас. — Красный Дом хорошо укреплен.
— В него наверняка ведет подземный ход.
— Думаешь, мы дураки? — вновь не сдержался жрец. И посмотрел на Старшую Сестру: — Ты сказала ему о хищниках?
— Я решил проблему животных, — произнес Помпилио, в упор глядя на жреца. — И мне надоело, что ты говоришь обо мне в третьем лице. Есть замечательное слово: "мессер". Впредь не забывай его, обращаясь ко мне.
— Но…
— Что же касается зверушек, то у меня есть дрессировщик. — Адиген покосился на женщину: — Еще одно совпадение.
Но Старшая Сестра перестала удивляться после того, как бамбадао назвал ей свое имя. А потому спокойно поинтересовалась:
— Кто?
— Тыква… То есть — Ллойд Чизер, это его зверушки. — Помпилио посмотрел на полупустой бокал, потом на бутылку, что стояла на столике у стула, потом, приподняв бровь, на жреца. Алокаридас отвернулся, чем вызвал очередную улыбку адигена. — Так вот, Ллойд со своей синеволосой помощницей вез хищников на Каату и уверен, что сможет вернуть животных под контроль. Это позволит воинам пройти в храм и ударить противнику в спину.
— И мы победим! — не сдержался жрец.
Отец видел, с каким нетерпением ждал Алокаридас этого момента. Как тосковала его душа, лишенная привычного покоя Красного Дома. Как терзался старик при мысли, что чужаки ворвались в святилище во время его служения.
Но теперь все в прошлом. Все страхи позади. Воины войдут в Храм и выгонят чужаков!
— Экспедиционный цеппель улетит при первых же признаках тревоги, — прохладно заметила Старшая Сестра.
— Именно поэтому "Неудержимый" атакует вражеский корабль одновременно с ударом по храму. Поскольку мы ничего не знаем о вооружении противника, придется открывать огонь с максимальной дистанции, но я полагаю, что мой опыт артиллерийских дуэлей, а также опыт капитана Мона…
— Он тоже военный?
— Был военным, — деловито сообщил Помпилио. — Как выяснилось, в молодости капитан Мон служил в каатианском флоте. А Мойза Пачик, Рыжий — инженер Компании, тоже пригодится на борту.
— То есть в лагере останется лишь девушка?
— Вряд ли это разумно, — усмехнулся адиген.
— Почему?
— Она до колик боится твоих сородичей.
— Что же в этом плохого? — поинтересовался Алокаридас.
— Я не вижу причин, которые помешали бы девушке отправиться с нами, — неожиданно произнесла Старшая Сестра.
Лишний чужак вряд ли что изменит.
— Благодарю, — кивнул Помпилио. — Я не знаю, сколько у тебя людей, но на "Неудержимый" необходимо взять не менее тридцати воинов.
— Зачем так много?
— Воздушные сражения не всегда заканчиваются катастрофой, Сестра. Цеппели живучи, и есть вероятность, что противник не рухнет на землю, объятый пламенем, а спокойно приземлится. Экипаж, как ты понимаешь, немедленно бросится врассыпную, и твои бойцы отправятся на охоту.
— Логично, — пробормотал жрец.
В любом случае, чем больше на борту людей — тем лучше.
Но Старшую Сестру волновало другое:
— Мессер, вы уверены в исходе сражения?
Помпилио высокомерно посмотрел на женщину:
— Ллойд гарантирует, что зверушки управляемы, а значит, все зависит от воинов, которые пойдут в храм. Что же касается воздушного сражения, то сначала я должен осмотреть твой крейсер и понять, в каком состоянии пребывают машины и оружие. Впрочем, к победе ведут не столько пушки, сколько умение с ними обращаться.
— Когда вы планируете выступать?
— Дальнобойность восьмидесятимиллиметровых орудий около четырех лиг. Мы должны сблизиться с противником на это расстояние в тот самый момент, когда станет достаточно светло для открытия огня… — Древний хронометр атанора тренькнул, адиген обернулся и взял в руку одну из колб: — Обожаю этот момент: финал делания!
— После смены галаниты окажутся в своей казарме, — негромко произнес Секач. — Двух ублюдков, что дежурят на дальней башне, уберут игуасцы, которые сейчас на средней. А мы, стало быть, займемся остальными.
Два человека на ближней башне, четверо на воротах, еще двое у храма — восемь менсалийцев рассосредоточены по комплексу и еще восемь сидят перед Секачом в главном зале их дома. В руках оружие, головы перехвачены черными повязками — все готовы к бою, готовы ударить в спину тем, кто еще вчера плечом к плечу сражался с ними против спорки. Семнадцать, а с игуасцами — девятнадцать человек против девятерых галанитов. Вполне достаточно для победы.
— Тихо не получится, — заметил один из наемников. — Дабурчик хитер, собака, наверняка выставил пост внутри дома.
— Выставил и выставил. Значит, постового кончим первым.
— А если без шума не получится?
— На "Докторе" все равно ничего не услышат, — махнул рукой Берт. — Вандар слишком высоко поднимает цеппель.
— А если услышат?
— Скажем, что спорки полезли.
— А если спорки и впрямь полезут?
— При свете дня? Они понимают, чем это для них закончится.
— Ты сам сказал, что шлепнуть галанитов нужно до рассвета…
