Все эти вопросы уже обсуждались, и на каждый был дан ответ, который наемники приняли. А потому настойчивость бойца вызвала у Секача понятное раздражение:
— Сомневаешься? — Берт наградил бедолагу тяжелым взглядом. — Или боишься?
Болтливый побледнел:
— Нет.
Он хорошо знал, как поступает с трусами Секач.
— В таком случае — заткнись. — Берт посмотрел на часы. — Начинаем через пятнадцать минут. Проверить оружие и по местам.
— Как тихо, — прошептал Курок, таращась в окутавшую храмовый комплекс темень. — Не верится, что скоро рассвет.
— В горах так бывает, — проворчал Дан. — Пошатаешься по Герметикону с мое — привыкнешь.
К горам, к лесам, степям, планетам и людям. И к тому, что люди смертны. Привыкнешь не грустить о павших товарищах, загоняя тоску в глубокий колодец души, коротко прощаться: "Тебе не повезло" и двигаться дальше, изо всех сил стараясь, чтобы никто не произнес такую же речь над твоей могилой.
Привыкнешь.
И станешь настоящим наемником.
— Тебе доводилось бунтовать? — тихо спросил Курок.
— Шесть лет назад, на Бирадии, — неохотно ответил Баурда. — Командующий решил подставить нас, чтобы не платить, но мы вовремя все поняли и… И сумели выжить.
Бескрайняя степь, иссеченная редкими, но глубокими оврагами, палаточный лагерь у широкой реки и десантные цеппели, капитаны которых получили приказ убираться. Командующий надеялся, что местная конница сумеет справиться с теми, кто добыл для него изрядный кусок Бирадии, но ошибся. Дважды ошибся, потому что пять из семи капитанов отказались выполнить приказ — не хотели чувствовать себя подлецами. В итоге наемники посекли кавалерию из пулеметов, повесили командующего на флагштоке, разграбили ближайший город и только после этого покинули планету.
— На Бирадии вы были со Старком?
— Да.
— А теперь его нет… — протянул Курок.
Смерть Штыка и Старка сильно подействовала на молодого разведчика. От щенячьего восторга, с которым Курок начинал путешествие, не осталось и следа. Парень замкнулся, на вопросы отвечал односложно, и в его глазах Дан читал хорошо знакомую тоску. Курок окончательно осознал, что профессия наемника — это не только шальное золото, млеющие от залихватских рассказов девочки и ощущение собственной крутости. В комплект, как выяснилось, входят грязь, кровь и предательство. Отсюда и тоска в глазах, и размышления о правильности выбранного пути. Дан знал, что Курок на перекрестке и от того, какое решение он примет, будет зависеть вся его жизнь. И еще Дан знал, что именно сейчас Курок может сломаться, и не хотел этого допустить, потому что искренне считал, что лучше быть плохим человеком, чем сломленным.
— Мы со Старком семь лет были вместе, через многое прошли, даже побратались. Пару лет назад он с женщиной познакомился, хотел отношения завязать, а я спросил: уходишь из профессии? Он говорит: нет. Я в ответ: кто за твоим сыном смотреть будет, если ты не вернешься? — Баурда вздохнул. — А теперь, получается, ни Старка, ни сына его. Был человек и ничего после себя не оставил.
— Ты поступил правильно, — глухо произнес Курок. — Наемнику нельзя бросать якорь.
— За его сыном мог бы присмотреть я.
— Ты до сих пор на Ахадире, и неизвестно, выберешься ли.
— Пришлось бы выбраться, будь у меня цель. — Баурда потер подбородок. — Если бы меня ждал сын, я бы прыгал выше головы.
— А сейчас цели нет?
— Только желание жить.
— И оно заставляет тебя убивать галанитов? — жестко спросил юноша.
Дан улыбнулся:
— Без этого не уйти.
— Ищешь оправдание?
— Объясняю тебе логику происходящего, Курок. И еще намекаю, что придется сделать выбор: или стать таким, как я, или уйти из профессии. — Баурда посмотрел на часы, проверил, легко ли выскальзывает из ножен клинок, и вновь обратился к напарнику: — В соседней башне засели два галанита. Нам приказано выпустить им кишки. Ты со мной?
— Весчик и Цучик только что заступили в караул, они уберут игуасцев, — деловито произнес капрал Дабурчик. — Качик и Шмачик!
— Да.
— Вы займетесь менсалийцами, что сидят у ворот.
Двое против четверых… рискованно, конечно, но делать нечего: людей мало, а потому следует рассчитывать на внезапность и галанитскую военную выучку.
— Есть!
— Все остальные — со мной.
Дабурчик почесал шею.
План устранения наемников не был продуман до мелочей, но капрал не сомневался, что он сработает. В конце концов, удача благоволит решительным, а с этим у галанитов все было в порядке. Каждый солдат получил пистолет с глушителем, и каждый был готов исполнить приказ: перебить наемников, с которыми они еще вчера отбивали атаку спорки. Впрочем, разницу между пиратами и спорки настоящие галаниты улавливали плохо.
— И помните, ребята, только от вас зависит, сможем ли мы убраться с этой ипатой планеты.
Перед полетом солдатам Дабурчика оказали неслыханную, совершенно невозможную честь — дозволили встретиться с директором-наблюдателем, который лично рассказал о необычайной важности экспедиции. И еще директор-наблюдатель пообещал, что с Ахадира они вернутся богачами.
Так что проблем с мотивацией люди Дабурчика не испытывали.
— Выдвигаемся на исходные, — распорядился капрал. — Начинаем через…
