Тяжелое это было время. Обреченные на вынужденное бездействие, подводники каждый день ложились и вставали с сильным чувством тревоги за себя и оставшихся в Ленинграде близких. Многими овладевало отчаяние, резко упала воинская дисциплина, стали совершаться поступки, немыслимые для военной организации в обычное время. Так, 22 сентября в разгар воздушных налетов германской авиации на Кронштадт, где в тот момент в числе многих субмарин стояла и Щ-406, командир подлодки Максимов самовольно уехал в Ленинград, чтобы попрощаться с сестрой, которая собиралась эвакуироваться на Большую землю. При личной встрече он сказал ей, что видятся они, наверное, в последний раз. Эти слова оказались пророческими – при возвращении на лодку 24 сентября Максимова арестовали. Командование КБФ железной рукой наводило порядок и нуждалось в показных процессах. Максимову припомнили его поведение в боевом походе и, как труса и дезертира, приговорили к расстрелу… Так герой нашего повествования оказался временно исполняющим обязанности командира. «Евгений Осипов, – писалось в историческом журнале, – служивший на ПЛ Щ-406 и до этого помощником командира, пришедшим накануне похода, на ПЛ еще не успевшим как следует ознакомиться с тактико-техническими данными корабля, начинает усиленно работать над собой, быстро устраняет все недоделанное ранее и оформляется во вполне здорового командира подводного корабля»[108]. В освоении техники молодому офицеру помогал опыт, накопленный в ходе службы на черноморской Щ-207, так что много времени на врастание в новую должность ему не потребовалось. Достаточно сказать, что после короткой стоянки в Ленинграде 29 октября субмарина вернулась в Кронштадт, где находилась в готовности к выходу в боевой поход в Балтийское море. Следовательно, штаб флота считал возможным доверить Евгению самостоятельное командование субмариной, даже несмотря на то, что он официально еще не был назначен командиром подлодки. Приказ об отправке на позицию тогда так и не состоялся по причине небывало ранних и сильных холодов, угрожавших сковать льдом восточную часть Финского залива и отрезать субмарине обратную дорогу домой. Впрочем, именно лед стал причиной первого серьезного испытания для нового командира «щуки»…
