День проведения ритуала был объявлен великим праздником. Конечно, жителей Синара не уведомили о его истинной подоплёке, но праздно-праздничное настроение мигом разлетелось по стране, докатившись до самых отдалённых её регионов. Во дворце, в прочем, настроения были хоть и торжественные, но собранные. Все покои и сады были оцеплены еще за несколько дней до назначенного дня, и Харана, каждый раз обходя патрули, с необъяснимой грустью бросала взгляд поверх деревьев, туда, где полным ходом шло возведение ярмарки. В последний раз сделав огромный круг, она отправилась во дворец, чтобы сопроводить Бирту на ужин в сад. Господин Ария явился в сопровождении своего пленника: тот был не то, чтобы скован, но тонкая серебряная цепь соединяла его руку с запястьем Повелителя. Харана почему-то вспомнила, что подобным способом связывают жениха и невесту в день свадьбы. Хоил выглядел угрюмо, но всё же беспрекословно следовал за своим захватчиком. Когда оба они уселись на расстеленный ковёр, девочка почувствовала, как шелохнулись крылья Зига, прячущегося в объёмистых складках её юбки.
— За бессмертное вселенское господство, — поднял Ария бокал. — И за меня.
Его пленники не шелохнулись.
— За нашу кончину, — нашёлся Хоил.
— И за справедливость, — вторила Бирта.
Ария милостиво расхохотался.
— Всё решится завтра.
— Ты собрал нас, только чтобы сказать это?
— Отнюдь. Хотел в последний раз насладиться вашим приятнейшим обществом. И предупредить кое-о-чём: женщина будет заложником. Если что-то пойдёт не по плану или правитель Синара умрёт, Бирта будет казнена незамедлительно.
— А хватит ли у твоих приспешников сил убить меня?
— Отрубленная голова, брошенная на корм бешеным псам, долго не проживёт. А если и выживешь, тебя будут пытать и убивать снова и снова.
— Тварь…
— Моими устами говорит правосудие. Каждое моё слово — беспрекословный закон.
Хоил смерил Арию странным оценивающим взглядом.
— Мы оба будем безоружны. Можешь считать это «справедливостью», хотя на самом деле таково условие использования алтаря. Силы всё равно не равны, между нами пропасть, и ты об этом знаешь.
— Ещё посмотрим, — ухмыльнулся юноша. — Вероятность всегда на моей стороне.
— И всё же, ты умрёшь.
— Тогда мы погибнем оба. Такой вариант тоже весьма неплох.
— Самоуверенные выскочки всегда умирают первыми, не так ли?
— Именно об этом я и говорю.
***
Зиг летел прочь изо всех сил, оставаться во дворце больше не было смысла, равно как и пытаться противостоять Арии в одиночку. За короткое время, проведённое на Синаре, он успел проникнуться симпанией лишь к одному человеку — или не совсем человеку — и сейчас крылья инстинктивно несли его к маленькой сторожке, где обитал этот похожий на капибару воин. Несмотря на поздний час, в окнах горел свет, и Зиг забился тельцем о стекло, требуя, чтобы его впустили внутрь. Барриал подошёл к окну, удивлённо протёр глаза, затем с опаской распахнул форточку. Птица влетела и шлёпнулась прямо на стол, тяжело дыша.
— Это случится завтра! — затараторил он, лишь переведя дыхание. — Завтра Ария убьёт Хоила и обретёт могущество!
— Ты уверен? — солдат посерьёзнел, — Когда?
— На рассвете случится бой, а следом за ним перерождение.
— Значит, завтра… Тогда я собираю своих ребят, съехавшихся в столицу для «празднования». Наше предчувствие не подвело, завтра мы свергнем императора! Ты готов послужить гонцом?
***
Белый Феникс рассекал космическое пространство со стремительной скоростью. Если земные часы не врали, прошло чуть больше суток, когда корабль достиг газового гиганта, на котором уже просматривался барьер, вихрящийся громадным овальным пятном. Бойцы во время полёта продолжали тренироваться, и сигнал общий мобилизации настиг Джани во время очередного спарринга с одарённым китайским солдатом. Она откинула со лба прядь волос и запрыгнула на трибуну, с которой начинала вести каждое занятие:
— Окончить тренировку! Построиться и ждать дальнейших указаний!
Солдаты, как по команде, перестали сражаться и выстроились в шахматном порядке. Девушка вышла через заднюю дверь и, пройдя обитый железом коридор, оказалась в капитанской рубке.
— Я готов, сообщил Алхимик, надевая скафандр.
«Вы уверены?» — хотела спросить она, но осеклась. План давно был отточен до мелочей и каждый из бойцов знал на что идёт. Вместо этого Джани произнесла совсем другое:
— Выполните свой долг с честью. Мир не забудет своего героя.
Алхимик махнул рукой, прощаясь — на мгновение ей даже показалось, что она вновь видит лукавую улыбку дедушки Вити — и ступил в отсек, ведущий шлюпкам. С камер наблюдения она видела, как мужчина садится в судно, как то медленно выезжает из корабля на верную погибель, и как смыкаются за ним последние люки, призванные не впустить на корабль холодную пустоту безразличного космоса.
— Начинаю расщепление барьера, — раздался его голос в наушниках через несколько минут.
