Она снова взялась за лопату, но уже не так быстро ею махала, как раньше. Она то и дело посматривала, много ли ещё осталось работы для трактора. Оставалось уже немного, и Бьёрн наконец сказал:
– Хватит, Эрле! С тем, что осталось, я уже и один справлюсь. Если ты сейчас сходишь проверить столовую, то мы кончим работу одновременно.
– Хорошо. Я оставлю тут лопаты, ты забери их потом, когда поедешь ставить трактор в гараж. Ужин будет через час. К этому времени придёт как раз и Лилле-Бьёрн.
– А куда он, кстати, ушёл? – спросил Бьёрн.
– В лесной домик к Мортену. Но он обещал, что вернётся к ужину.
Гюро и Эрле вошли в здание, где была столовая, и ещё из коридора Гюро услышала пение. Сначала девочки распевались – как Гюро упражнялась на скрипке, так они пели упражнения для голоса – и только после распевки начали петь по-настоящему.
– Давай пойдём в кухню рядом со столовой, – сказала Эрле. – Там есть окошечко, которое открывается в столовую. Мы его откроем, тогда будет ещё лучше слышно.
– А свет мы не будем зажигать, чтобы нас не было видно? – спросила Гюро.
– Что ты! Конечно зажжём. Пускай лучше нас будет видно, чтобы они знали, что мы их тут слушаем. Меня они уже знают, да и тебя немножко тоже. Стань вот тут.
Гюро всё слышала и видела. Голоса у девочек были высокие-высокие, и они были так заняты пением, что смотрели только на дирижёра и всё пели и пели.
Эрле быстро навела порядок где надо, в кухне и в физкультурном зале, где скоро должны были начаться занятия по спортивной гимнастике, а затем они с Гюро пошли домой. Лилле-Бьёрн к этому времени уже вернулся.
– Мортен заболел, – сказал Лилле-Бьёрн. – Ему велено лежать в постели. Вот я и пошёл его навестить. Завтра он, наверное, не придёт в школу.
– Очень жаль, – сказала Эрле. – Но за это время ты же уже познакомился с кем-то ещё из ребят.
– Ещё не очень. А ты будешь сейчас печь торт? Завтра же, кажется, к нам придёт тётя Марит?
– Вообще-то я собиралась. Но я так утомилась, что лучше решила встать завтра пораньше. Придётся нам, Гюро, обойтись завтра без утренней прогулки.
Они поужинали, и Гюро легла спать, следом за ней лёг спать Лилле-Бьёрн, а Бьёрн и Эрле ещё посидели с книжкой, чтобы дать себе отдых после такого трудного дня.
На следующее утро Эрле, как и обещала, поднялась на рассвете, и к тому времени, как встали все остальные, торт сидел уже в духовке. Когда он допёкся, все подошли полюбоваться, до чего он получился большой, высокий, с золотистой корочкой.
– Торт удался, – сказала Эрле. – У меня все дела лучше всего получаются с утра.
Лилле-Бьёрн помог ей сбить крем, потом Эрле разрезала торт поперёк на три части, Гюро тоже помогала – укладывала на каждую часть консервированные груши. Каждый слой Эрле намазала кремом, а сверху ещё посыпала тёртым шоколадом, так что торт стал бело-коричневым. Закончив всё, Эрле убрала торт в холодильник и пошла на работу. Бьёрн ушёл ещё раньше, а Гюро на этот раз не могла пойти с ним в обход, она должна была помочь маме с тортом.
Лилле-Бьёрн ушёл в школу, а Гюро осталась дома, потому что сегодня должна была прийти Тюлинька и Гюро нужно было её дождаться, прежде чем идти кататься на лыжах. Ей хотелось показать Тюлиньке, как здорово она научилась скатываться с горки рядом со школой. Поиграв немножко с Вальдемаром и Кристиной, Гюро открыла холодильник, чтобы посмотреть на торт. Она объяснила Вальдемару и Кристине, что сегодня вечером к ним на чашку кофе придёт в гости сестра Бьёрна, а может быть, будут ещё и Тюлинька с Андерсеном. Затем она спустилась в подвал, там она занялась зверушкой, которую вырезывала из дерева, а потом сходила за скрипкой и поупражнялась.
А Лилле-Бьёрн тем временем сидел в классе за партой. Сегодня ему было там не очень уютно, потому что Мортен не пришёл в школу. Во время урока было ещё ничего, но вот когда урок закончится и начнётся перемена – тогда что делать? Он уже привык ходить на переменку с Мортеном, вдвоём они всегда находили чем заняться. Иногда они просто прохаживались и разговаривали друг с другом, иногда находили на опушке леса ледяную горку, с которой можно было скатываться прямо на школьный двор, иногда бегали друг за дружкой, а не то играли во что-нибудь с другими ребятами из своего класса, но это когда они были вдвоём. Сегодня же Лилле-Бьёрн оказался совершенно один, а это совсем другое дело. Впрочем, первая переменка прошла совсем неплохо, потому что случилось так, что один малыш второклассник упал и расшиб себе нос. Нет, в этом, конечно, ничего хорошего не было. А получилось всё так: ребята гурьбой кинулись с крыльца, там было скользко, один большой мальчик налетел с разбегу на малыша, тот не устоял на ногах и до крови расквасил себе нос. Лилле-Бьёрн увидел и отвёл его во врачебный кабинет. Доктора в этот день не было, но вместо него была медсестра. Она полечила мальчику нос, остановила кровь и немного утешила, а Лилле-Бьёрн всё это время просидел там. Когда прозвенел звонок на урок, мальчик успокоился. Переменка закончилась. В следующую переменку Лилле-Бьёрну повезло встретить во дворе Эрле. Она сказала:
