Главная героиня полностью

Из Портовенере мы садимся в катер-такси в венецианском стиле, пересекаем пролив Ле Бочче и направляемся к Пальмарии – крошечному треугольному острову с мраморными пещерами и заброшенными бункерами времен Второй мировой войны. Уже вечер и слишком темно, чтобы разглядеть что-либо, но наша цель – поужинать в очаровательной траттории, популярной среди знаменитостей, от Спилберга до Стрейзанд. Атмосфера на катере напряженная, почти странная – мы совсем другие, нежели были во время путешествия по пяти городам. Изображая Фабрицио Сальваторе в лучшем виде, я пытаюсь пробиться сквозь каменное молчание Рори и сурово сжатые челюсти Каро, но безрезультатно.

Мы подходим к длинному деревянному причалу, освещенному фонарями, и официант усаживает нас на верхней террасе у перил с видом на море; это место благоухает романтикой. Волны плещутся о берег внизу, я практически ощущаю вкус соли в воздухе, а вдали мерцают огни Портовенере.

Этот вид и это место идеальны, или, по крайней мере, удачно таковыми кажутся. Все поглощены меню, избегают смотреть друг на друга. Что случилось? Что снова так явно разозлило Рори? Теперь кажется, что шанс, который появился после моего заявления, что я хочу ее вернуть, был лишь в моем воображении.

Могла ли она подумать, что книги взял я?

Могла ли она подумать, что…

Нет. Нет.

Но, опять-таки, Рори сидит рядом с Максом, почти демонстративно хихикает, обсуждая их детские годы и спрашивает брата, не хочет ли он разделить с ней в качестве основного блюда вареные морепродукты – лобстера и креветок, хотя ей отлично известно, что Макс не особо жалует моллюсков, а я отведал бы с удовольствием. Конечно же Макс говорит «нет» и предлагает взять рыбу на гриле; Рори мгновение колеблется, но затем закрывает меню и соглашается. Однако я знаю – точно знаю! – что она никогда бы не отказалась от лобстера ради простой рыбы на гриле, если бы не избегала общения со мной.

– Эй, смотри, – говорю я Рори, доставая открывалку. – А вот и мистер Пом-Пон. Теперь его лицо даже не красное, а багровое.

– Задается вопросом, какую тираду я выдам для него сегодня, – говорит Рори, не скрывая ироничной улыбки.

Тем временем мы наблюдаем, как он за соседним столиком возится с каким-то предметом – бело-голубой фарфоровой баночкой и бормочет что-то неразборчивое. Внезапно он открывает баночку, встает и начинает вытряхивать серую пыль через поручни в море.

– Это…? – спрашивает Рори.

– О боже… пф-фф-фф, – фыркаю я, когда в меня летит серое облако. Я отшатываюсь, тут же прикрываю лицо и несколько раз сплевываю в салфетку. Подняв голову, я говорю: – Пепел. – И снова пригибаюсь.

– Что? – спрашивает Макс и тут же получает порцию пепла в лицо.

Я стараюсь не поднимать голову.

– Боже, Макси, ты выглядишь так, словно вышел из угольной шахты.

Официанты уже поняли, что происходит, и поспешили переговорить с мистером Пом-Поном, который, судя по его резкому, язвительному тону, был недоволен тем, что его церемонию прервали.

Мы все одновременно потрясены и смеемся, вытирая лица влажными салфетками.

– Все еще думаешь, что он приспешник Джиневры Экс? – спрашиваю я Каро.

Она закатывает глаза.

– Это маловероятно.

– Будь он лакей Джиневры, разве он не должен действовать более скрытно? – спрашивает Макс.

При этих словах мы дружно хохочем. У меня что-то сжимается в груди, но я обнаруживаю, что смеюсь громче всех. Может быть, этот ужин все же пройдет хорошо.

Официант приносит нам антипасто[55], и стол заполняется изысканными блюдами на тарелках с пасторальными лимонными принтами. Здесь подают фаршированные мидии, анчоусы, салат из креветок, пенне с креветками и спагетти в соусе песто, с веточками зелени и дольками цитрусовых. Официант откупоривает бутылку бодрящего лигурийского белого вина и разливает его по бокалам – за исключением бокала Каро. В этой поездке она не пьет.

Я знаю, почему это так. Почему в последнее время она почти не употребляет алкоголь.

– Ну, как у всех прошел вечер после пляжа? – интересуется Рори, и в ее тоне больше нет ни капли легкости.

Я подавляю тревогу в груди.

– Хорошо! Хоть я и был еле живой. После всего этого солнца, вина и лимончелло мне нужно было вздремнуть.

– О, правда? – удивляется Рори, и теперь я уверен, что мне это не почудилось, ее раздражение безошибочно угадывается. Словно она знает, что я вру. Глупый ответ, малыш Нейт. Женщина встречалась с тобой десять лет. Она знает, что ты не спишь днем. – А ты, Каро, тоже вздремнула?

Мое беспокойство растет, когда я понимаю, что Рори могла услышать, как мы спорим. Черт возьми! Как глупо было с нашей стороны так открыто обсуждать это в коридоре.

У меня по шее пробегает жар, когда я понимаю, что это значит. Что Рори могла услышать мои слова, но что еще хуже – увидеть, что было написано у меня на лице.

Но Рори не проходила мимо – в этом я уверен. Мы не настолько рассеянны или глупы.

– Нет, я не спала, – отвечает Каро. – Мне нужно было разобраться с делами в офисе, уладить кое-какие рабочие моменты.

– О, офис! Тебе нужно было разобраться с делами в офисе. Ясно.