Главная героиня полностью

Он рассмеялся и заявил, что собирается взимать с меня почасовую плату. Но я знала, что он был доволен. Кому не нравится слышать, что им восхищаются, даже когда у него запрокинута голова и изо рта течет струйка слюны?

Ладно. Хватит погружаться в моменты, которых больше нет. Я только что рыдала. Я чувствую внутри лишь странную пустоту. Я кладу телефон экраном вниз на столик и в этот момент слышу стук в дверь.

Отлично! Большое спасибо, Марко! Впрочем, я не совсем удивлена. Вероятно, в руководстве для персонала есть пункт о том, что нельзя прислушиваться к просьбам гостей, если они демонстрируют маниакальное поведение.

Я подкрадываюсь поближе к двери – и интуитивно уже понимаю, кто ждет снаружи. И конечно, когда я распахиваю дверь, это она.

Моя бывшая лучшая подруга.

Мы смотрим друг на друга с подчеркнутой официальностью.

– Рор, – говорит Каро, протягивая руки через порог, будто на самом деле ожидает, что я встречу их своими. – Я так сожалею!

– М-м. О чем именно?

– Что переспала с Нейтом, конечно. Но… я многого тебе не рассказала. Я была в ужасном состоянии. – Она говорит это тихим голосом, и, похоже, искренне. Но почему меня это должно волновать? Она переспала с Нейтом, украла книги, а еще она присваивает деньги компании моего брата.

– Я знаю о твоем ужасном состоянии. И, конечно, знаю то, о чем ты мне до сих пор не рассказала.

– Правда? – Каро колеблется, поигрывая моим свистком, который я оставила на столе.

– Да. Джиневра сообщила мне. Она наняла частных детективов… ты знала об этом?

– Макс говорил мне, – смеется Каро. – Прости. Это абсолютное сумасшествие. Она похожа на сумасшедшую сторонницу теории заговора, которая живет в бункере.

– Я могу заверить тебя, что она живет не в бункере, а в роскошных апартаментах в Риме. – Я почти шокирована своим голосом, источающим презрение. Но я не могу отделаться от этого ни в своем тоне, ни в своем сердце. – Как бы то ни было, просто скажу, что обнаруженное детективами было довольно интересным. – Я встаю, подхожу к крошечному шкафу, куда сунула письмо, написанное Джиневрой. Вернувшись, раскладываю банковские выписки веером. – Узнаешь это?

Каро поправляет волосы на затылке, но, когда ее взгляд падает на выписки, она опускает руки.

– Мои банковские выписки? Но как… как, черт возьми, она смогла… Это… я не понимаю. Она что, вроде как украла их?

– Не знаю. Понятия не имею как, но разве это так уж важно? Потому что ты, очевидно, присваиваешь деньги Hippoheal. Как ты могла, Каро? Как ты могла так поступить с Максом? С папой? Компания делает все это для него, понимаешь? То, что ты забираешь, ты отнимаешь у папы. Это снижает вероятность его вылечить. Я не понимаю, как ты можешь жить с этим.

Она пристально смотрит, переводя взгляд с меня на бумаги и обратно, но не произносит ни слова. Потрясена. Кажется ошеломленной доказательствами своего преступления.

– Как ты могла? – повторяю я. – Теперь я понимаю, почему ты забрала книги, чтобы избавиться от улик. Я… я даже не знаю как тебя назвать.

– Как я могла? – монотонно повторяет она. Ничего не отрицая. – Воровать у Макса. Стащить книги. Точно. Как я могла…

– Ты даже не отрицаешь этого? Воровство у компании? – Мой голос опускается до шепота. Часть меня надеялась – верила – что она станет возражать.

– Отрицаю? – спрашивает она странным тоном. – Зачем? Ты, кажется, все уже для себя решила.

– Думаю, тебе лучше уйти, – наконец выдавливаю я, чувствуя, как все мои сомнения улетучиваются, оставляя после себя спокойствие и уверенность. – Я просто… я слишком зла. Ты должна знать, что я собираюсь рассказать Максу.

Каро бледнеет.

– Пожалуйста… дай мне пару дней. По крайней мере, до конца поездки. Это не то, что ты думаешь. Мне просто нужно несколько дней. Дай мне время, прежде чем поговоришь с Максом. Пожалуйста.

Она выглядит такой жалкой, такой расстроенной, что я мгновение колеблюсь. Я почти сочувствую ей, хочу обнять ее, чтобы все стало хорошо. Затем напоминаю себе, что это человек, который переспал с моим бывшим женихом, который украл книги, а потом лгал об этом в лицо, который обкрадывает моего брата.

– Только до конца поездки. – Я качаю головой. – Я думала, ты честнее. По-хорошему, именно ты должна все рассказать Максу.

– Правильно. Я должна сказать Максу, что ворую у него. – Тон Каро такой странный, такой мягкий, почти лишенный эмоций, что это выводит меня из себя.

– Зачем ты это сделала, Каро? Если тебе нужны были деньги, ты могла бы попросить Макса. Он и раньше одалживал тебе.

– Я могла бы… попросить у него денег. Ну да, конечно. Раз ты так говоришь. – Такое чувство, что она надо мной насмехается.

Я качаю головой. Я в замешательстве от всего этого. Разговор с ней прямо сейчас – это куча бессмысленных слов и ноль ответов.

Каро качает головой. Затем она подходит к двери, берется за ручку и оборачивается:

– Рор?

– Да?

– Я люблю тебя. Прости меня за все. Мне нужно, чтобы ты знала, я на самом деле люблю тебя и твою семью. Правда.

– Не могу сказать, что полностью верю тебе.

Она кивает.

– Я надеюсь, что однажды ты поверишь.