Главная героиня полностью

– У тебя странный способ показать это. Свою любовь.

– Да. – Ее плечи приподнимаются. – Я должна была все сделать по-другому. Теперь я это понимаю.

Она бесцельно оглядывается по сторонам, как ребенок, который заблудился в торговом центре, и мое сердце сжимается при воспоминании о маленькой девочке в школе, которая действительно была потеряна. У которой никогда не было семьи, направляющей и поддерживающей ее. Только мы. Только я, папа и Макс. И теперь мы, Ароновы, кажется, уходим из ее жизни, один за другим. Меня охватывает чувство вины. Это же Каро – моя сестра. Но почему я должна чувствовать себя виноватой?

Сейчас я не могу быть на ее стороне.

Мне вдруг становится не по себе, потому что это совсем не похоже на Каро – спать с Нейтом, воровать у Макса, забирать книги, и потом беспрекословно признать свое поражение. Выглядит так, будто ее бы устроило, если бы жизнь переехала ее и оставила умирать на обочине дороги.

Внезапно поезд начинает грохотать. Мы снова в пути. К утру прибудем в Рим.

Мы с Каро долго смотрим друг на друга, затем она выходит, не оглядываясь. Я хочу хлопнуть дверью, продемонстрировать свое возмущение, но вместо этого я выглядываю и смотрю ей вслед, пока она, поникшая, медленно идет по коридору, сотрясаемая тихими рыданиями.

Когда я смотрю на нее, весь гнев, обида и негодование покидают меня – и остается только тоска по моей подруге. Внезапно мне хочется, чтобы она вернулась, подбежала ко мне и обняла чуть крепче, чем нужно. Чтобы мы сели, скрестив ноги, на мою кровать, съели все, что у меня есть в запасе. Хочется обсудить эту сумасшедшую поездку – вот что помогло бы мне во всем разобраться. Я почти кричу ей вслед: «Остановись! Давай поговорим, давай во всем разберемся». Она нужна мне. Мы нужны друг другу.

И я хочу, чтобы она вернула мне книгу. Мне нужно увидеть своими глазами, что там написано, почему она рисковала всем, чтобы это скрыть.

Но она не оглядывается, и я полагаю, это к лучшему. Потому что она предала меня и мою семью самым жестоким образом.

А что говорил папа?

Иногда ты слеп по отношению к людям, которых любишь больше всего на свете, и они могут убедить тебя в невероятных вещах – так что ты даже начнешь верить, что Земля плоская. Однако однажды – это может занять очень много времени, – в конце концов ты поймешь, что Земля в действительности круглая. И тогда придется сделать выбор. Потому что некоторым людям проще продолжать жить вечно на своей фальшивой плоской Земле.

Интересно, о ком или о чем он говорил, какой жизненный опыт помог ему прийти к такому мудрому выводу? Жаль, что я больше не могу его спросить.

Хотя, возможно, он прав. Возможно, Каро полностью одурачила меня. Из-за нее я думала, что Земля плоская. И все, что я чувствую в данный момент, – это мучительную грусть от того, что после сегодняшнего дня мне придется жить на Земле, которая – мне это теперь известно – все-таки круглая.

За три месяца до этого

– Давай поговорим о Нейте.

Прошла неделя с начала их общения, и до сих пор Рори обходила эту тему. Джиневра расспрашивала девушку о детстве, металась между Максом и Анселем, тщательно изучила ее карьеру. Но Нейт по-прежнему оставался слоном в комнате.

Рори вздохнула и украдкой проверила телефон. На экране высветилось время: 7:56 вечера. Сквозь окна, расположенные прямо напротив, Джиневра могла видеть неясные силуэты людей, снующих по площади. Размытые пятна блестящих туфель и спортивных курток, голубей, порхающих над фонтанами, небо, ставшее фиолетовым.

– Возможно, я нарушаю трудовое законодательство, задерживая тебя допоздна. – Джиневра улыбнулась, но не добавила: «Можешь идти». Нет, этот разговор был срочным, назревшим. Если она хотела завершить разработку всего сюжета, ей нужно было закончить эту часть.

Рори улыбнулась в ответ.

– Я подписалась на долгие часы.

Она отпила вина – отличное бордо, предложенное Джиневрой, которая тоже сделала солидный глоток из бокала.

– Мы с Нейтом познакомились в колледже, на последнем курсе. Мы впервые встретились в Rick’s, дайв-баре. Я подрабатывала официанткой, а он был там со своими приятелями. Я подала им шарк боул[56]. Это был наш фирменный напиток. Отвратительный! – Рори поморщилась. – Кислотно-синий. Ты должен был приложить руку ко лбу, как…

– Акулий плавник, – улыбаясь, закончила за нее Джиневра.

– Да. Вы его пили? – удивилась Рори.

– Боже! Нет. – Джиневра не сказала, что читала о шарк боул в статье про Rick’s в Энн-Арборе, из которой она также узнала, что он был назван в честь бара из культового фильма «Касабланка».