— Ладно, поехали. Все равно я уже опоздал. — Борис отвернулся от нее, дал задний ход и медленно отъехал от сугроба. Потом врубил первую передачу и плавно тронулся с места.
Машина выровнялась и понеслась, набирая скорость, по набережной.
— Я так и не понял, чего тебя на реку-то понесло? — спросил он, сруливая с набережной в один из боковых проездов. — Катка, что ли, нет? В центре ведь отличный каток.
Борис бросил взгляд на пассажирку на заднем сиденье. Девочка уже, видимо, немного согрелась и высунула голову из воротника полностью.
— Он закрылся почему-то, — уже почти не заикаясь, отозвалась та. Она смотрела в окно на проносящиеся мимо здания, вертя головой. В ее поведении чувствовалась настороженность. — А мне мама новые к-коньки подарила.
— Я думаю, это не повод топиться, — опять попробовал пошутить Борис.
— Да уж, — поежилась девочка.
Они замолчали. Борис, крутясь по оживленным центральным улицам, изредка поглядывал в зеркало на девочку. Та, заметив наконец, что машина действительно направляется в сторону ее дома, немного расслабилась.
— А куда вы опоздали? — вдруг спросила она. — К своей жене?
— Почему ты так решила? — не отвлекаясь от дороги, озадаченно спросил Борис. Его вот уже несколько сот метров безуспешно пытался обогнать «форд», прижимаясь почти вплотную к заду машины.
— А у вас цветы на сиденье, — серьезно пояснила Юля. — У нее праздник?
— Тоже мне, Шерлок Холмс! — усмехнулся Борис. «Форд» наконец нашел лазейку и, пыхнув облаком дыма, ушел вперед. — У меня нет жены.
— Ну, значит, к девушке, — безапелляционно заявила девочка.
— Все-то ты знаешь… На день рождения я опоздал.
— Ой, это из-за меня, да? — расстроилась девочка. — А она, наверное, ждет вас…
— Ты тут ни при чем, — категорично отрезал Борис. — И давай больше не будем об этом. Это мои проблемы, а не твои.
Борис посмотрел назад. Девочка надула щеки и уставилась вниз.
Ждет… Одно простое слово, мимолетно оброненное ребенком, заставило его задуматься: а действительно ли
Борис нахмурил брови и потянулся за сигаретой, но тут вспомнил, что в машине не один. Впрочем, курить хотелось не особо.
— Вы расстроились, да? — опять пристала Юля. Оказалось, она все это время внимательно следила в зеркало за лицом своего спасителя. — Это из-за того, что…
— Послушай, чудо! Я не хочу показаться грубым, но мне не хотелось бы обсуждать с тобой свои проблемы на любовном фронте, — раздраженно бросил он и, чуть погодя, добавил. — Извини за грубость. Нервы, понимаешь ли.
Девочка не ответила. Она уткнулась лбом в стекло, смешно надула губы и за всю оставшуюся дорогу больше не произнесла ни слова.
— Хорошавина, — торжественно объявил Борис после очередного поворота. — Какой дом?
— Двадцать третий, — оживилась Юля. — Во-он тот, пятиэтажный с серыми линиями на боку, — она вытянула вперед руку, высунула из рукава пуховика указательный палец и указала на дом в отдалении. — Третий подъезд, последний.
Через пару минут Борис свернул во двор указанного дома, стоявшего торцом к дороге, и по плохо расчищенной узкой дорожке подъехал к третьему подъезду. Припарковав машину на свободном месте между двумя сугробами в пол человеческого роста, он заглушил мотор, отстегнул ремень и обернулся назад.
— Приехали, — объявил он, хотя это было и так ясно. — У тебя родители дома?
— Мама, если не ушла. Она в отпуске, — ответила девочка, пошевелившись внутри пуховика. — А папы нет. Мы с мамой живем.
— Прискорбный факт, — рассеянно буркнул Борис. — Ну что ж, пошли. Нанесем твоей маме визит. — Он открыл дверь и спустил ногу на снег.
— А-а… как же я пойду? — растерялась Юля.
— Я тебя донесу. Здесь близко, не успеешь замерзнуть, — успокоил ее Борис, выбираясь из машины.
Он захлопнул переднюю дверь, обошел машину вокруг и распахнул заднюю рядом с девочкой. — Так, хватай рюкзак и свою куртку, а я понесу тебя. У тебя есть, чем подъездную дверь открыть?
— Конечно, — девочка подтянула длинные ей рукава пуховика, наклонилась к распухшему от вещей рюкзаку, стоявшему у ее ног, и, порывшись в боковом кармашке, извлекла ключи с электронным ключом-брелоком. — Вот.
— Давай мне, — Борис забрал у нее ключи. Девочка взяла в одну руку рюкзак, в другую — свою куртку, и Борис, протянув левую руку, подхватил Юлю с сиденья. — О-оп! Слушай, ну ты тяжеленная, хотя и худющая!
Девочка, обхватив Бориса за шею рукой с курткой и поджав голые ноги, в первый раз за все время улыбнулась.
— Пошли? — весело спросил Борис, захлопывая дверь и блокируя замки пультом сигнализации.
Девочка кивнула, и Борис, скользя в снежной каше, направился к подъезду.
