Тем временем из штаба в Эр-Рияде мы получили приказ, что в Ирак необходимо вывести три патруля по восемь человек из состава эскадрона «B» с целью ведения наблюдения за передвижениями на трех основных маршрута снабжения[91] (частично асфальтированные основные дороги, ведущие через Ирак с востока на запад, проходимые для транспортных средств) примерно в двухстах милях к западу от Багдада и сообщать информацию о них на нашу базу.
В Аль-Джуф была переведена только половина эскадрона «B». Другая половина осталась на базе «Виктор» для выполнения контртеррористических задач на случай, если иракцы попытаются взорвать британское посольство в Абу-Даби. Тех, кто находился в Аль-Джуфе, перевели в режим готовности и велели проверить снаряжение. Они могли отправиться на задание на следующий день, 22-го января, или, самое позднее, 23-го.
Следующий день выдался пасмурным и холодным — почти все мы были введены в заблуждение мнимыми радостями ближневосточной зимы — и я застал Босса в дурном настроении. Командир эскадрона «А» и его разведотряд все еще топтались вдоль границы, как кочевники, и мало что предвещало их скорый переход, а сержант, командовавший одним из патрулей эскадрона «В» из восьми человек с позывным «Браво-20», казалось, изображал из себя идиота.
Командир только что вернулся с разочаровывающего совещания с этим сержантом, который впоследствии под псевдонимом «Энди Макнаб» напишет рассказ о своей неудачной миссии в Ираке. Я считал и тогда, и считаю до сих пор, что большинство несчастий, выпавших на долю «Браво Два Ноль», если не все, стали следствием отказа Макнаба прислушаться к советам еще до того, как он покинул базу. Некоторые из этих советов исходили от командира, а он был зол как черт.
— Билли, отправляйся туда и постарайся втемяшить в него хоть немного здравого смысла, — сказал он мне, как только вошел в кабинет. — Я хочу, чтобы они взяли машину, а они отказываются. Они говорят, что земля будет слишком ровной, и они будут обнаружены. Но это даст им возможность уйти, если у них возникнут трудности.
Эти слова оказались пророческими.
И командир, и я знали, что Макнаб судит о местности только по спутниковым снимкам, которые показывают высоты, но не впадины. Как я знал по опыту, обычно на земле можно найти понижения рельефа, в которых можно укрыть машину. Справедливости ради надо сказать, что в том, что он полагался на спутниковые фотографии, не было его вины, поскольку карты западного Ирака, которыми мы пользовались, представляли собой аэрофотоснимки, на которых было очень мало подробностей относительно характера местности.
Самая важная причина для того, чтобы взять «Ленд Ровер» заключается в том, что он обеспечивает быстрый выход из боестолкновения и дает возможность вернуться к цели (объекту) позднее. Отход пешим порядком с полным снаряжением на спине никогда не бывает быстрым и легким. А это значит, что в ситуации, когда вашему патрулю угрожает опасность, единственный выход — бросить бóльшую часть снаряжения и убегать, ведя на ходу сдерживающие действия. Однако даже если вам удастся вырваться, вы не сможете предпринять еще одну попытку выполнить задание, потому что вам придется оставить свое снаряжение, а также непременно предупредить врага о вашем нахождении в этом районе. И тогда ничего не остается, кроме как вызывать эвакуацию.
Для «Браво Два Ноль» также было весьма актуально, — или должно было быть актуально, — что эскадроны «A» и «D» действовали в составе четырех мобильных разведотрядов в составе полуэскадрона в пределах двадцати-тридцати миль от их оперативной зоны наблюдения за Северной дорогой. Имея в своем распоряжении транспортное средство, возможное решение множества проблем было вполне очевидным — и находилось всего в паре часов езды. Но Макнаб, лондонский парень с приятным акцентом кокни, прослуживший в Полку семь или восемь лет, не желал делать ничего подобного, и это было видно по его лицу, когда я подошел к месту, где вокруг него собрался патруль.
Я не стал затягивать с предисловием, и просто сказал ему:
— Настоятельно советую тебе взять машину. Если дело дойдет до перестрелки, это может спасти твою задницу. Так что послушайся моего совета и совета Босса и не будь дураком.
— Ни за что, — ответил он. — Нам она не нужна, и мы ее не возьмем. Это верный способ демаскировать себя.
— Но, по крайней мере, у вас будет возможность уйти, — возразил я. — У нас есть свои ребята, работающие в тылу врага. Если вас удачно выведут, то вы будете знать, что вертолет проверил территорию, и у вас будет достаточно времени, чтобы выбрать приличный район ожидания для себя и машины.
Но Макнаб был непреклонен. Более того, я сомневался, слышит ли он меня вообще.
— Вы можете забыть об этом, — заявил он. — Я говорю вам то, что уже сказал командиру. Это не для нас.
Я оглядел лица других военнослужащих его подразделения и увидел на их лицах только неповиновение, поскольку они начали вступаться за своего командира патруля.
— Это будет все равно, что потащить с собой чертово ярмо, — произнес один комик.
