Глазами альбатроса полностью

Этот архипелаг – одно из тех мест, чей экологический баланс весьма хрупок. Изолированность архипелага привела к тому, что все живое здесь выработало собственный способ сосуществования. Появление новых видов может нарушить долгую и прочную систему взаимоотношений. До прихода на Гавайи человека здесь нельзя было встретить ни муравьев, ни земляных червей. Ни земноводных, ни рептилий. Ни змей, ни лягушек, ни ящериц. Ни единого комара. До полинезийцев на эти берега не ступало ни одно млекопитающее. Самым крупным гавайским сухопутным животным был маленький гусь, почти исчезнувший в наши дни, – гавайская казарка нене (Branta sandvicensis)[19]. С прибытием полинезийцев и европейцев многие представители местной фауны вымерли или оказались на грани вымирания из-за грызунов, насекомых, болезней и растений, которые так и норовят проникнуть к нам в багаж.

Траву-чужестранку под названием ценхрус (Cenchrus longispinus), или колючещетинник, впервые заметили на Лайсане в 1960-е годы. Ее родиной является Центральная Америка, но она распространилась по всему миру благодаря семенам с крючочками, которые цепляются к чему угодно. До 1980-х годов никто не задумывался о последствиях такого переселения, и приезжавшим сюда ученым не приходило в голову проверять, нет ли у них на носках семян.

К началу 1990-х годов ситуация вышла из-под контроля, и треть острова покрыла густая поросль колючещетинника, который постепенно вытеснял всю остальную растительность. Казалось бы, что такого, если вместо одной травы начнет расти другая? Но для экосистемы острова это имеет решающее значение. Родная для этих мест трава нужна птицам, чужая наносит им вред.

Такие птицы, как рождественские буревестники (Puffinus nativitatis), лайсанские кряквы и лайсанские вьюрковые цветочницы (Telespiza cantans), устраивают гнезда в местной кустовой траве, потому что длинные травинки смыкаются наверху, образуя тенистое укрытие, которое дарит необходимую защиту от солнца. Корни местных трав не дают осыпаться норам бонинских тайфунников (Pterodroma hypoleuca), которые гнездятся под землей. И напротив, густая, стелющаяся по поверхности растительность колючещетинника вытесняет птиц с их территории и служит причиной обрушения их нор. В совокупности эти факторы представляют собой серьезную угрозу. Поэтому Служба охраны рыбных ресурсов и дикой природы решила взять под контроль и, если возможно, полностью искоренить злостный сорняк. Проект реализуется успешно, потому что эксплуатирует один из главных талантов человека: умение истреблять живое.

Должность молодых аспирантов называется «специалист по экологической реставрации». За этой эффектной фразой скрывается обязанность вести прополку. Но их работа имеет большое значение для сотен тысяч птиц, которые рискуют потерять гнездовой ареал, а в случае с лайсанской кряквой и лайсанской вьюрковой цветочницей – последний шанс на существование. Их труд важен еще и потому, что на свете осталось совсем немного таких мест. Эти острова, как считает доктор Элизабет Флинт из Службы охраны рыбных ресурсов и дикой природы, «по существу, единственное спокойное место в Тихом океане, где могут гнездиться птицы».

На сегодняшний день так оно и есть. Но долгое время на Лайсан обрушивались беды, источником которых становились те немногие путешественники, что сумели сюда попасть. По иронии судьбы когда-то на Лайсане существовала совершенно иная проблема с растительностью: она полностью исчезла. Завезенные сюда в 1903 году кролики расплодились, тем самым оправдывая справедливость поговорки. Хищников здесь не водилось. А растительность в процессе эволюции ни разу не сталкивалась с травоядными животными. К 1923 году от травы ничего не осталось. В апреле того же года участник экспедиции на корабле «Танаджер», фотограф Дональд Райдер Дики писал: «При самых пессимистических ожиданиях я и представить себе не мог такого тотального уничтожения растительности… Это ослепительная пустыня… при полном отсутствии зеленых пятен намывы кораллового песка практически ослепляют белизной». Он сообщил всего о двух небольших участках ощипанных под корень сорняков, которые «еще поддерживали остатки окаянных полчищ». Команда «Танаджера» привезла с собой отравленную люцерну – лакомство с роковым сюрпризом. Изголодавшиеся лайсанские кролики набросились на приманку и погибли.