– Меня интересуют все удовольствия жизни, Роза, в том числе и чувственные. И ни в чем себя не ограничиваю, хотя после смерти жены все изменилось. Не то чтобы это тебя касалось, но я
Хорошо.
Это хорошо. Потому что Блайт тоже ничего не чувствовала. Разумеется.
Она надеялась, что он не заметит жар ее кожи, и когда его пальцы коснулись ее спины, корсет наконец соскользнул, обнажив тело. Арис взял ее за руку, помогая снять платье. На девушке осталась только тонкая сорочка, которая послужит ночной рубашкой. Блайт радовалась темноте, скрывающей ее все еще костлявое тело, постоянно напоминающее о месяцах болезни.
Она также с горечью осознала, как повлияли на нее его слова. Арис не сказал ничего откровенного, и все же ее разум напрягся, когда в голову полезли нелепые мысли, которые не стоило допускать. Ей стало интересно, каким любовником был бы Арис. Хотя едва ли ей было с кем сравнивать. Она прочла достаточно историй, чтобы знать о том, о чем никто не удосужился ей рассказать. Разве что мама. Много лет назад Лилиан усадила Блайт рядом с собой и рассказала, какие требования общество предъявляет к женщине. Она посоветовала быть осторожной и прислушиваться к своему сердцу, но в остальном предоставила Блайт самой себе.
Девушка ни в коем случае не считала себя экспертом, хотя у нее было немало свиданий. Интригующие поцелуи, которые приводили к еще более интригующим прикосновениям в лесу за Торн-Гров. Что касается эмоций, то Блайт никогда не испытывала к кому-либо серьезных чувств. Как бы ей ни нравилось общество человека, всегда казалось, что чего-то не хватает. Словно она искала что-то, но так и не находила.
Тем не менее Блайт наслаждалась своим опытом и всегда ждала большего. Прошло уже некоторое время с тех пор, как у нее в последний раз было свидание, что, вероятно, объясняло нынешние сильные чувства. Она не представляла себя с Арисом, но одного прикосновения к ее спине было достаточно, чтобы вскружить ей голову. Был ли он страстным любовником? Станет ли он нежно ласкать ее кожу, или властным движением схватит за плечи и прижмет к себе?
До этого момента Блайт не осознавала, что в браке, возможно, лишится некоторых прелестей жизни. Смогут ли они с Арисом свободно заводить отношения на стороне, если захотят? Она понимала, что он слишком горд для этого, даже если они женаты только формально. Но Блайт была молода и пытлива и не желала прожить остаток жизни, не познав физической близости с другим человеком.
Она подумала, что стоит рассмотреть кандидатуру Ариса…
Нет.
Боже милостивый, что за глупости приходят ей в голову? Сегодня столько всего произошло, что она не могла рассуждать здраво. Они с Арисом всего лишь собираются спать в одной постели. Они женаты и спят в одной кровати.
…Но прежде она никогда не делила ложе с мужчиной. Может, это будет неплохо. Может, так она не замерзнет, или, что еще лучше, если станет холодно, им придется… Нет. Нет, нет и нет. Нужно остановиться, пока фантазии не зашли слишком далеко.
Блайт следовало бы стать писательницей. Возможно, у нее и не было опыта, но зато благодаря множеству прочитанных книг она обладала богатым воображением. И в данный момент это воображение рисовало слишком откровенные сцены. Девушка завернулась в простыни, радуясь, что между ними есть хоть какое-то пространство, и старательно избегая случайных прикосновений.
– Как думаешь, ты захочешь быть с другой женщиной? – спросила она, на самом деле желая заставить себя прикусить язык и прекратить этот разговор. – Я имею в виду, ты собираешься когда-нибудь вернуться к ухаживаниям?
– У меня было много времени, чтобы подумать над этим. – Блайт была удивлена нежностью, прозвучавшей в его словах. Его голос звучал так, словно он лежал к ней вплотную. Поэтому она тоже повернулась на бок, хотя было слишком темно, чтобы разглядеть его очертания. – Я потратил целую вечность, надеясь, что время ослабит боль потери, но так и не смог преодолеть себя, зная, что она все еще где-то там.
Блайт сразу подумала о Сигне и о нежных объятиях Ангела смерти, когда она в последний раз видела их. То, как он держал ее, словно никогда не собирался отпускать, и то, как она была рада ему это позволить.
Блайт знала, что ступает на опасный путь, но все же спросила:
– А что, если ты найдешь ее, а она уже не будет чувствовать то же самое? Вдруг она не вспомнит тебя или полюбит другого?
Арису не нужно было обдумывать этот вопрос.
– Тогда я буду надеяться, что в своей следующей жизни она выберет меня.
