Бет увидела, что широкая равнина осталась позади. На этой стороне тоже имелись богатые земли с зелеными полями и странными выгнутыми холмами оттенка слоновой кости. В этой зоне Паутины жизнь была способна приникать к обеим сторонам платформы.
– Какова местная сила тяжести? – спросила Бет.
– Приблизительно десятая часть от уровня на Чести, – сказала Анарок. – Вскорости попадем мы в место, которое вы, новоприбывшие, называете Бугром. Довольно неряшливый термин, следует сказать.
Бет потерла руками лицо, жалея, что не может так смахнуть тревоги.
– Так он выглядел для нас при подлете. А тот подвижный кубок, который разгоняет выхлопная струя звезды, мы называем Чашей. По аналогичной причине.
Анарок проговорила:
– Вы побывали всюду.
– Еще нет, – отвечала Бет, – но в моем списке такой пункт наличествует.
– Думаю, вскоре придется разобраться с вашей блуждающей Чашей. К нам на высокой скорости приближаются бандитствующие элементы.
– Мне об этом ничего не известно. – Лучше вести себя дипломатично.
– Вскоре мы прибудем к… – Последовательность долгих щебечущих звуков. – Тому, что вы называете Бугор.
– Какой у вас план?
– Следует найти оптимальное место отдыха после ваших… событий.
Анарок подвигала конечностями вдоль торса. Ее соскообразный рот зарябил. Глаза уподобились высушенным персикам. Понять, что вся эта мимика означает, было невозможно.
Навстречу рвались воздушные ландшафты. Мгновение ока – и следующий, окаймленный марлевыми облачками, подлетал вплотную. Отводя взгляд в сторону, Бет могла видеть звезду Эксельсию на краю Глории: светило посылало лучи по оси Паутины, точно мазки жемчужно-белой краски кистью оставляло, мигающие от скорости нанесения на холст.
– Как, напомните еще раз, переводится ваш термин для всего этого длинного цилиндра? – спросила Бет.
Капитан сделала жест, означавший просьбу подождать, и заработала ртом.
– Термин из более старых текстов переводится примерно как…
– Как красиво… Эти платформы, наклоненные вбок…
– Нам нравится пониженная сила тяжести. Некоторые предпочитают обитать на меньших фрагментах. Их легко подвесить, прибегая к эффекту плавучести.
Анарок умело махнула несколькими руками, и панорама разительно изменилась. До этого показывали простой вид вперед по курсу небесной рыбы, но, судя по всему, эффект был искусственным. Теперь фокус переменился на телескопический. Они яростно неслись вперед, поле зрения сужалось, проявлялись виды плоских платформ, подвешенных за стенками прозрачного трубопровода.
И не только: вдали роились другие объекты. Тонкие паутинки и колоссальные отражающие сферы, тетраэдры, кубы, кольца, конусы. Перекрученная, словно лента Мёбиуса, архитектура. Всё новые геометрические тела появлялись в поле обзора, за некоторыми на всё небо тянулась выхлопная струя.
– Ничего себе паноптикум, – проговорила Бет.
Капитан ответила:
– Пониженная гравитация стимулирует эволюцию экзотических форм. Я же из консервативного вида, скромная генетика которого прослеживается неизменной на более длительный срок, чем уходят в прошлое надежные данные.
– Ваш вид не отсюда, не из Паутины?
– О, мы развились на Чести. Преимущественно. В Эру Строительства.
Бет так и слышала заглавные буквы.
– А сколько она продолжалась?
– Позвольте подсчитать… – Пауза. Глаза Анарок уставились вдаль, покатались немного в глазницах, снова сфокусировались. – Наверное, дольше, чем существует ваш вид, то есть… более полумиллиона ваших лет. Тогда только зарождались параллельные, ранние варианты, со скошенными бровями…
– Неандертальцы – так мы их называем. Действительно древние. Значит, на Паутину ушло…
– Несколько больше времени, чем на эволюцию нашего вида, и куда больше, чем вашего.
Бет смотрела, как проносятся мимо уровни Паутины, пока небесную рыбу на огромной скорости увлекают потоки сжатых газов. В поле обзора выкатывались континенты, мерцали под лучами солнца, закатывались позади. Небесная рыба под ногами содрогалась. По корпусу гуляло гулкое эхо. Подстраивались звуковые давления: писки, щелчки, удары, рычания. Отряд Бет нервно ерзал и хорошо питался, принимая у команды корабля предложенную пищу, – еда помогала сбросить напряжение, а вдобавок была ароматная, жирная, вкусная, несравнимая с многолетним аскетичным меню «Искательницы солнц».
Уровни полками маршировали перед Бет, словно перед полководцем. Иные были пустынны, некоторые являли тропический зеленый рай. Отличие привносила влага. Некоторые ярусы забирали воду из трубопровода больше, другие меньше. Небесная рыба летела по крупнейшему и, похоже, самому скоростному трубопроводу аксиальной сети. От него отпочковывались боковые, перераспределявшие воздух и жидкости по раскинувшимся на ярусах землям.
