Глориаль полностью

– Действительно, мы обстреляли импульсом гравиволновой турбулентности ваш кораблик, приблизившийся к нашему передатчику.

– При этом пострадал один из наших людей, – сказал Редвинг.

– Предупредительный залп.

Вивьен припомнила, что Клиффа при этом искалечило. И он еле выжил благодаря оперативной медицинской помощи Бет.

– Мы просто исследовали. Шарашились вокруг. Мы, приматы, по натуре такие.

– Это доступно моему разумению. Мы же опасались, что вы помешаете разворачивающейся в настоящее время интенсивной беседе о неустойчивости самой Вселенной.

– Вы это о чем?

– Эксперименты проходят в нашей с вами общей Галактике. Пространство-время подвергается испытаниям, проверяются его квантовые уровни.

У Редвинга вид сделался встревоженный. Вивьен не поняла сказанного Крутилой, Редвинг что-то начал отвечать, но она пропустила мимо ушей его слова. Сработали внутренние сигналы тревоги.

Что случилось?

Окружающая активность едва позволяла за всем уследить. Мимо шмыгали крупные звери, подчас такие огромные, что одним плавником могли Вивьен отшвырнуть прочь или ударом клюва перекусить надвое. Мелькали, рычали, трещали, галдели, но не обращали на нее внимания. Шумной толпой овладело лихорадочное возбуждение. Сколько тут жизни. И какие они огромные.

Вот. Поблизости по-прежнему висели туманные волокна мицелия, прозрачные, в отблесках источников света. Она пригляделась к ним. Трудно было судить, но, кажется, они придвинулись. Ртутный блеск и плавные движения лиан с узлами, подобными виноградным гроздьям. А позади парили семенные коробочки, столь эффективно поглощавшие фотоны, что даже в ярком свете, который отражался от дальних стен и имитировал солнце, представлялись они лишь черными силуэтами.

Они надвигались. Вивьен пыталась отмахиваться, но волокна сковали тело. Встройка замолчала, словно электропитание комбинезона вырубилось.

– Что происходит? – требовательно спросил Редвинг.

– Нам требуется изучить вас получше, это ненадолго.

– Но…

– Впоследствии дискуссия продолжится в полном соответствии с прежним форматом.

– Но я…

Мерцающие лианы сомкнулись вокруг. Грибоидная сфера овладела ею.

Бет разглядывала странный сегмент затененной сферической оболочки. Она чуяла секреты в пологих холмах и слябообразных стенах пещеры. Отряд двигался, следуя указаниям диковинного косолапого триангулятора (Крутильник и Анарок подгоняли его), пока не уперся в крутой склон, на котором замерцали огоньки. Казавшаяся каменной стена, помигав, сделалась прозрачна. Группа остановилась и заглянула на ту сторону сквозь породу.

– Мы сочли, что таков наилучший способ продемонстрировать истинную натуру обитателей Глубин, – сообщил Крутильник, движениями рук подчеркивая серьезность и важность сказанного. Высоченная стена вдруг стала матовой, потом снова прозрачной. За ней клубились тучи. Крутильник добавил:

– Это обитель метанодышащих существ. Они наши союзники издревле.

На темных просторах пещеры сияли размазанные огоньки. Странные комковатые фигуры двигались за стеной.

Бет вместе с остальными пыталась осмыслить увиденное. Ей вспомнились упражнения по психологии восприятия.

Представьте, что у вас есть инфракрасная камера с искусственным интеллектом. Однажды ночью она поднимает тревогу: что-то происходит в кустах вашего сада. ИИ сообщает, что лучше всего результаты наблюдений согласуются с присутствием трехсотфунтового хомяка, вторым же по убыванию правдоподобия вариантом является пара людей, втянутых в необычную драку на ближней дистанции. Они мутузят друг друга так, как ИИ ни разу не доводилось видеть в обучающих роликах. Итак, спрашивает камера… какой вариант вы считаете более правдоподобным? Вы решаетесь выглянуть и отдаете предпочтение второму. Почему? Потому что вам, скорее всего, известно, насколько редки в природе трехсотфунтовые хомяки, а дерущиеся люди встречаются гораздо чаще. Другими словами, у вас и у вашей камеры разные предустановки.

Здесь предустановки у Бет отсутствовали.

Бемор-Прим выдвинулся вперед и загромыхал: