Такое противоcтояние даже на поле брани ничем хорошим закончиться не могло, и скоро Фиену пришлось пожалеть, что дал волю кипевшему гневу на сына. Клан прорывался к центру плато, в самую гущу саксонцев, где над землёй прибитым к кресту окровавленным идолом возвышался Кемпбелл. Жив ли эльф? Мактавеш старался об этом не думать, но советник даже издалека выглядел дерьмово. Надежда быстро расправиться с саксонцами также скоро растаяла, как холoдным, промозглым ветром развеивается предрассветный туман. Вортигерн сколотил внушительную армию из свирепых варваров, вполне заслуженно слывших лучшими воинами в туманном Альбионе. Но самым паршивым было то, что пришлые с континента наёмники прицельно норовили обезглавить исполинов,точно знали, как убить. Пользуясь численным преимуществом, саксонцы гурьбой нападали демона и, пока тот отправлял в преисподнюю несколько смертных душ, рубили ему ноги и уже лежачему, если не поспевали вмешаться собратья, отсекали голову. Первые потери понесло войско Данноттара, первые проклятья поглотила жадная тьма, первые тёмные души уносились в вечность, провожаемые звериным рычанием собратьев, лязгом металла, конским ржанием и стонами погибающих саксов.
- В паре! Стойте спиной к спине, вашу ж мать,иначе скоро нас перебьют! – взревел вождь клана, оценив тактику боя противника.
Удерживая седока в седле как влитого, сильные ноги Мактавеша намертво прижимались к корпусу вороного. Обеими руками Фиен одинаково искусно владел оружием, чем и не преминул пользоваться в сражении. Οтточенные, отполированные до идеала мечи, которых человеку и держать-то тяжеловато, стремительно парили над землёй, без устали рассекая тела врагов. На огромном, возбуждённо гарцующем жеребце вожак демонического племени в сияющих на солнце доспехах безжалостным ангелом тьмы сеял смерть меж дерзнувших прийти со злом в Каледонию, и не было ни одного саксонца, кто бы не дрогнул перед его яростью и мощью и не возжелал ему немедленной кончины. Но в той же мере жизни лишить хотели и его двойника. Многие пытались подстрелить и обезглавить двух огненных львов, но ни одна из стрел не достигла своей цели. То лучники замертво падали, сражённые неизвестным стрелком, то, если успевали спустить тетиву, стрела не достигала цели. Мактавешы оставались неуязвимыми, словно заговорённые самим Сатаной.
А меж тем в везении упомянутых не было ничего необычного. Cam Verya! Именно она приказом своей госпожи стала хранительницей тел вожака клана и его сына, отводя от них беду. Одним богам известно, чего ей стоило не думать об Алистарė. Не смотреть в его сторону, забыть, пройти мимо собственного ужаса и прийти в отупелое равнодушие тогда, как чувствовала живую, но почти истлевшую ауру его жизни, заставить уняться молотящееся сердце, а глазам запретить увлажниться. Οдним тёмным богам было известно, чего стоило Иллиам Кемпбелл оставаться Cam Verya,и, выбрав удачную позицию для обзора среди камней одного из прилегающих к плоскогорью утёсов, с присущей эльфийке меткостью монотонно разить стрелами саксов, покушающихся на охраняемых ею персон.
Но влюблённая женщина проснувшейся разбухшей и размякшей душой своей весьма уязвима, а потому в ратном деле непредсказуема и даже опасна. Не стоит ждать хладнокровия там, где сердце опалено любовью. Иллиам не смогла отвернуться от Кемпбелла, когда саксы вознамерились поджечь вместе с ним распятье, и на том заканчивался безупречный профессионализм безупречного телохранителя. Меткими выстрелами она убила поджигателей. И пусть на то ушли считанные секунды, но и их оказалось довольно, чтобы рукой вражеского стрелка был сражён конь Квинта.
- Фиен! – зычный голос Молоха, перекрывая звуки сражения, прогремел так, что Мактавеш засомневался, его ли рукой замертво рухнул саксонский ублюдок, надоедливой мухой вытанцовывающий с секирой вокруг беспрестанно переминающегося Сумрака,или сердце смертного не выдержало громоподобного крика демона и разорвалось. Оставался еще один из пяти напавших нa вожака саксонцев. На нём-то Мактавеш и был нынче cосредоточен.
– Мактавеш, чёрт тебя побери! – вновь пробасил собрат,требуя к себе внимания. Обычно в бою они прикрывали спины друг друга, хотя для полного комплекта не хватало Далласа.
Обманным приёмом вожаку удалось вынудить противника прикрыть грудь щитом, после чего он попросту снял с его плеч голову.
- Ты всё-таки решил вернуть свои золотые? - подтрунивая над Молохом, Фиен рукавом туники вытер лицо от пота и крови, после чего, сложив перекрещенные мечи на коленях, обтёр о бока ладони. Не очень-то удобно скользкими руками удерживать рукояти в бою,так оружие и подвести может.
- Да хрен тебе! Фиен, я не вижу Квинта.
