Фаро не ехал к кораблю. Кас не знал, что стало с его телом. Но он видел его в этой камере – полупрозрачный силуэт. Он сидел на тюфяке, обхватив руками колени, – вместо одной из них была окровавленная культя. Фаро раскачивался вперед-назад. Снова и снова повторяя шепотом одно слово.
Имя.
Массовый исход занял все утро. Телеги, вьючные лошади и кареты рекой текли через ворота крепости, пока гости выезжали друг за другом. Вентиллас поехал спереди, чтобы вести караван, оставив Каса с вопросами без ответов. Мастер Джакомель управлял всем действием с крыльца. Без улыбки на лице. Дворецкий казался очень сосредоточенным. Но с каждым отъезжающим гостем, как показалось Касу, глаза мастера Джакомеля сверкали все ярче, а дух становился все свободнее.
Каким бы мрачным ни было его настроение, Кас не смог удержаться от смеха.
– Теперь весь донжон в вашем распоряжении. Наконец-то.
Но мастер Джакомель его удивил.
– Думаю, я буду наслаждаться этим день-два, пока тут не станет
– И вы туда же. – Мастер Джакомель говорил как король. Кас огляделся вокруг, чтобы удостовериться, что их разговор никто не слышит из-за шума и суматохи. – Мастер Джак?
– М? – Дворецкий уже устремил взгляд наверх, где солнце главенствовало на безоблачном небе. Под его густыми усами появилась улыбка. – Ха. О лучшей погоде нельзя было и мечтать.
– Что случилось с Фаро?
Мастер Джак тут же опустил голову. От его улыбки не осталось и следа.
– Что вы имеете в виду?
– Он мертв. Я знаю. Что с ним случилось?
К счастью, мастер Джакомель не стал расспрашивать Каса, откуда тот знает.
– Вы говорили со своим братом?
Кас подождал, пока мимо них пройдет группа нянь – каждая с завернутым младенцем в руках.
– Он говорит, что Фаро увезли прошлой ночью. Что его посадят на корабль на юге.
Мастер Джакомель помолчал.
– Значит, именно это и случилось.
– Мастер Джак…
– Если он так сказал, я не могу сказать вам ничего другого.
Кас понял, что здесь ответов ему не найти. Мастер дворецкий служил лорду Пальмерина, а им был Вентиллас. Мимо пробежал паж с птичьей клеткой – сова внутри лихорадочно ухала. Мальчик замедлил шаг с робкой улыбкой, когда мастер Джакомель окликнул его по имени и велел «идти, а не бежать».
Кас обернулся на звук шагов. К ним спускалась Лина – в костюме цвета лесной чащи для верховой езды. Волосы ее были заплетены в косу. За ней наблюдали две развалившиеся на верхних ступеньках рыси. Одна вылизывала свою лапу. Лина обошла обеих на почтительном расстоянии.
Кас сказал:
– Я думал, ты уже уехала.
– Я пряталась. – Лина остановилась в нескольких ступеньках над ним, так что их глаза оказались на одном уровне, и улыбнулась. – Иначе мне бы пришлось ехать в одной карете с леди Рондиллой, а это было бы плохо для всех. – Она повернулась к дворецкому. – Можно мне попросить у вас лошадь, мастер Джакомель?
– Конечно, леди. Вон тот подойдет?
Когда отъехала последняя из карет, Джон из конюшен подошел к ним с двумя лошадьми: белой кобылой Каса и гнедым жеребцом. Конь был очень красивым, статным, с шелковистой черной гривой. Но Лина хотела не его. Она спустилась по ступенькам, шепнула жеребцу:
– Ба, какой же ты красавец. – И направилась мимо него к кобыле. Лошадь и девушка приветствовали друг друга, словно давние подруги.
Мастер Джакомель с неодобрением окинул взглядом булаву на спине Каса.
– Это следует вернуть в старую оружейную. У нас достаточно мечей. Я распоряжусь, чтобы вам выдали один из них.
– Мне нравится эта булава.
Взгляд мастера Джакомеля сообщил ему, что тот не станет распыляться по пустякам. А это – один из них.
– Ваш меч будет готов к вашему возвращению. Через месяц, верно?
– Может, больше, может, меньше. Не волнуйтесь.
Сопровождение всего королевского двора обратно в Эльвиру займет какое-то время. Оно может затянуться, если погода будет не очень или появятся другие непредвиденные обстоятельства, а они всегда появлялись. В некоторые ночи путники будут разбивать лагерь. В другие – останавливаться в постоялых дворах и поместьях по пути. Кас не знал, как долго Вентиллас планировал оставаться в Эльвире, но, если повезет, они вернутся задолго до того, как холод скует горы своими когтями.
Мастер Джакомель не ответил. Увидев его взгляд, Кас вспомнил, когда в прошлый раз просил его не волноваться. Это было в тот день, когда он отправился проверять акведуки. Три года назад. Кас осторожно положил руку ему на плечо.
– Я дам вам знать, если мы задержимся.
Мастер Джакомель накрыл его руку своей, пожав.
– Вы уж постарайтесь.
Лина топталась возле его кобылы. Ее взгляд выражал молчаливую просьбу. Кас ответил с притворной обреченностью:
– Только на один день.
Его слова были встречены широкой улыбкой. Отказавшись от помощи Джона, она сунула ногу в стремя и вскочила на кобылу.
И все это – на глазах у мастера Джакомеля.
– Женщины и дети, – пробормотал он.
– Хватит.
