Нападки на программы ПРО и МИРВ в 1969 году, однако, выросли в наступление на оборонный бюджет в целом. Никсон представил свой первый полный бюджет 2 февраля 1970 года. Он старался расположить к себе оппозицию, говоря красноречиво о необходимости пересмотра национальных приоритетов. В своем послании конгрессу «О положении в стране» и в бюджетном послании он предложил увеличение финансирования на помощь семьям, продовольственные субсидии, улучшение состояния воздуха и воды, а также работы транспорта. Его оборонный бюджет на сумму 73,5 млрд долларов был урезан на 5 млрд долларов в закупках оборонной продукции по сравнению с предыдущим годом. Фактически его расходные предложения были первыми, сделанными каким-либо президентом за последние 20 лет, в которых на оборону выделялось меньше, чем на удовлетворение «человеческих потребностей»: 37 процентов шло на вооруженные силы, 41 процент – на программы социального обеспечения. (В предыдущем году – по существу бюджет Джонсона – 44 процента шло на оборону, 34 процента на программы социального обеспечения.) Ричард Никсон предложил пересмотреть приоритеты, за что его критики с таким азартом выступали годами.
Я не был так уж рад этой тенденции, поскольку, несмотря на все разговоры об урезании только «излишков», был уверен, что мы не прекратим сокращать боевую эффективность наших войск. Следовательно, военное уравнение пойдет в неверном направлении в том, что касается как стратегических, так и обычных войск. 14 января 1970 года я обсудил это дело с Джоном Эрлихманом, который, будучи помощником, ответственным за внутренние программы, естественным образом отстаивал внутренние приоритеты. Эрлихман сказал, что «всем» известно, что минобороны получает слишком много. Я ответил – с долей предвидения, которого тогда не понимал, – что они не захотят это «знать» в 1973 году, когда взорвется Ближний Восток. Несмотря на чинимые препятствия и запреты со стороны Холдемана, утверждавшего, что Никсон устал от всех этих бюджетных передряг, позже в тот же день я все это выдал президенту: «Проблема в том, что вы легко можете оказаться в чрезвычайной ситуации через два-три года, когда у вас не будет сил на это».
Никсон отнесся с пониманием, но посчитал, что, если он не предложит хоть какое-то сокращение, критики перехватят инициативу и разрушат военную программу полностью. У него был повод для беспокойства. Его сокращения ничего не имели общего с криками критиков, которые отвергали их как слишком заниженные. Утверждалось, что наши обычные вооруженные силы якобы излишне велики по численности и не соответствуют уменьшившимся обязательствам, заложенным в Гуамской доктрине президента. Бюджет на стратегические войска, как заявлялось, мог бы быть сокращен и дальше и по-прежнему оставался бы достаточным для целей сдерживания. Бюджет на 1971 год включал долгосрочные программы, которые, как говорилось, приведут к раздуванию будущих бюджетов. Речь шла о самолетах-носителях и тактических военно-воздушных силах, равно как и о дорогостоящем новом стратегическом вооружении. «Нью-Йорк таймс» 17 января 1970 года жаловалась на то, что приглаженный оборонный бюджет Никсона отражал только сокращения, ожидаемые в результате сокращения масштабов вьетнамских операций; они не представляли «фундаментальных сдвигов в стратегии и еще меньше в деле переоценки ценностей и смене приоритетов». 18 января Джеймс Рестон писал о том, что оборонный бюджет можно было бы спокойно сократить до 58–63 млрд долл., ссылаясь на бывшего министра обороны Макнамару и его заместителя Розуэлла Джилпатрика как на авторитетные мнения. Бывший аналитик по вопросам ВВС А. Эрнст Фитцджеральд, которого уволили за осуждение превышения расходов на транспортный самолет С-5А и который теперь был представителем групп, борющихся с расходами на оборону, сказал 27 января, что 20 млрд долларов должны быть сокращены в оборонном бюджете, 5 млрд из которых должны быть из сумм расходов на военные закупки и на фонды развития. Два дня спустя в большой передовой статье «Нью-Йорк таймс» говорилось о том, что можно было бы сократить 8 млрд долларов, помимо предполагаемых пяти: 2 млрд долларов от моратория на ПРО-МИРВ, 1,5 млрд от ускоренного ухода из Вьетнама, свыше 4 млрд долларов от сокращений на силы общего назначения.
Мнения в конгрессе отражали мнения в передовой газеты. На заседании комитета совета демократической политики по национальным приоритетам в феврале Хьюберт Хамфри обвинил Никсона в том, что тот предпочитает бросать миллиарды на военные цели в ущерб потребностям здравоохранения и образования. Сенатор Эдвард Кеннеди предложил на этом же заседании несколько областей, в которых могли бы быть сделаны дальнейшие сокращения, включая программу бомбардировщика В-1, МБР «Сейфгард» и американские обычные войска в Европе:
«Нам не следует повторять ошибок 50-х и 60-х, когда мы излишне остро реагировали на страхи «холодной войны» и помогали стимулировать разжигание гонки вооружений.
