Новая стратегия определяла состав сил, который нам следовало иметь. В отличие от 1960-х годов объявленные цели для уровня наших вооруженных сил были фактически достигнуты. Но сохранялась потребность соотнести свои намерения с озабоченностями наших союзников и друзей, особенно в Азии. В отличие от некоторых наших критиков эти подвергающиеся угрозам страны расценивали наш уход из Вьетнама как необратимый процесс. Они опасались, что по ходу дела Соединенные Штаты снимут с себя
Учитывая внутренние нападки по поводу излишней вовлеченности Америки и попытки сократить наши обязательства в рамках НАТО, нельзя назвать эти вопросы наивными или тривиальными. Но если считается, что Соединенные Штаты отказываются от своей роли в Азии, то станут возможными и значительные перемены во внешней политике и, вероятно, даже внутренняя эволюция в ключевых странах этого региона. С другой стороны, не было никакого смысла обозначать какую-либо доктрину для общей обороны, которая не заручилась бы полной поддержкой внутри страны.
При подготовке азиатского турне Никсона летом 1969 года Никсон и я часто обсуждали эту проблему. Мы пришли к выводу, что важно провести разграничение между тремя типами угроз для безопасности: внутренняя подрывная деятельность, внешнее нападение соседней азиатской страны и агрессия со стороны ядерной державы (конкретно говоря, Советского Союза или Китайской Народной Республики). При самом высоком уровне угрозы мы должны дать ясно понять о неизменности нашего неприятия агрессивных планов любой крупной державы в Азии. При низком уровне этого спектра мы должны избегать вовлеченности в гражданские войны. Для серого уровня между крайними точками не сгодится никакая простая формула. Изначально мы планировали составить президентскую речь в этих рамках в течение лета. В разъяснении Белого дома для журналистов 18 июля я так обрисовал философию этой администрации для Азии после Вьетнама:
«Вопрос относительно характера обязательств Соединенных Штатов часто принимает форму дискуссии о правовых обязательствах. Но если копнуть глубже, и на уровне, который должен волновать президента, взаимоотношения Соединенных Штатов с другими странами зависят частично, разумеется, от правовых отношений, но в более фундаментальном плане от концепции, которая есть у Соединенных Штатов относительно своей роли в мире, и от истинной важности стран, с которыми поддерживаются отношения, для всеобщей безопасности и всеобщего прогресса».
То, что мы хотим обсуждать, как я отметил, представляет собой тему о том, как эти страны видят собственное будущее, потому что, заглядывая в следующее десятилетие, мы со всей очевидностью отмечаем, что будущее Азии, Юго-Восточной Азии, которую мы посетим, будет зависеть не от указаний, сделанных в Вашингтоне, а от динамизма, творческой активности и сотрудничества этого региона.
Мы по-прежнему хотим участвовать, но мы не можем обеспечивать всеми концепциями и всеми ресурсами. Инициатива должна перейти во все больших масштабах к самому региону. По этой причине важно рассмотреть наши взгляды относительно их будущего.
Затем, к моему большому удивлению, Никсон подхватил эту тему во время того, что, как я предполагал, будет всего лишь неформальной ознакомительной беседой с прессой в офицерском клубе на Гуаме 25 июля. Мы были на пути на Филиппины. Это был конец длинного дня. Мы пролетели несколько часов через несколько часовых поясов на остров Джонстон, чтобы наблюдать за приводнением первых людей, высадившихся на луну. Это сподвигло Никсона на ремарку о том, что мы являемся свидетелями «величайшей недели в истории мира со времен Сотворения мира». Это заявление привело в некоторое замешательство священнослужителей в составе группы. До сего дня я не считаю, что Никсон был намерен сделать важное политическое заявление на Гуаме. Его изначальной целью было как-то отметить промежуток времени, пересечение международной линии перемены даты. О том, что официальное провозглашение вначале не входило в планы Никсона, свидетельствует тот факт, что его пометки были сделаны на справочных материалах[81]. Но, вероятно, будучи увлеченным событием, Никсон в эффектных и весьма красноречивых выражениях озвучил свои озабоченности по Азии.
