На следующий день северные вьетнамцы сделали пять ракетных выстрелов по Сайгону – дальнейшая эскалация и нарушение понимания. Противник 32 раза нападал на крупные южновьетнамские города за первые две недели марта. В 15.35, в тот день, когда ракеты ударили по Сайгону, мне позвонил президент. Он отдал приказ немедленно начать налеты бомбардировщиков В-52 на камбоджийские убежища. Президент закончил месяц разочарований выразительной фразой: «Государство должно быть уведомлено только после достижения точки невозврата. …Приказ окончательный и не подлежит отмене». («Не подлежит отмене» было любимой фразой Никсона, а для тех, кто знал его, это стало означать большую неопределенность; и такое положение, разумеется, имело тенденцию вести скорее к нарастанию отмен, чем к их уменьшению.)
Я сказал президенту, что такое решение не должно приниматься без предоставления его главным советникам возможности выразить свое мнение – хотя бы только для того, чтобы защитить самого себя, если оно приведет к волнению со стороны общественности. Все будет сделано быстро и время не будет упущено. В любом случае должен быть разработан подробный сценарий, а для подготовки указаний потребуется, по крайней мере, 24 часа. Поэтому заседание было назначено на следующий день в Овальном кабинете. Я проконсультировался с Лэйрдом, который активно поддержал решение президента. Для подготовки к заседанию я написал памятную записку для президента с указанием в ней всех «за» и «против». Риски варьировались от формального камбоджийского протеста до сильной советской реакции, от серьезного противодействия со стороны Камбоджи до северовьетнамских открытых ответных мер – хотя было трудно представить, что может предпринять Ханой больше того, что уже делает. В конце концов, имел место риск взрыва внутренней критики и новых антивоенных демонстраций. Я настаивал на том, чтобы президент подчеркнул своим коллегам, что предлагаемые бомбардировки
В заседании во второй половине дня воскресенья 16 марта в Овальном кабинете приняли участие Роджерс, Лэйрд, Уилер и я. Впервые за время своего президентства Никсон столкнулся с конкретным решением в международном кризисе. Это также был первый раз, когда он столкнулся с оппозицией со стороны своих соратников в отношении курса действий, на который уже решился. Он использовал на заседании тактику, которая стала известна как стиль Никсона. С одной стороны, он принял решение и не собирался его отменять; на самом деле дал мне поручение проинформировать на этот счет министерство обороны за 24 часа до заседания. С другой стороны, посчитал необходимым сделать вид, что решение все еще под вопросом. В результате обсуждения длились несколько часов, что ему показалось противным и укрепило его во мнении в будущем избегать приглашения упрямцев на последующие совещания.
Заседание в Овальном кабинете шло в предсказуемом ключе. Лэйрд и Уилер активно поддержали налеты. Роджерс возражал, но не по соображениям внешней политики, а из-за внутренней ситуации. Он не поднимал вопрос о нейтральном статусе Камбоджи; считалось само собой разумеющимся (и правильно), что мы имеем право выступить против вопиющего нарушения Северным Вьетнамом нейтралитета Камбоджи, поскольку сама Камбоджа не желала или была не в состоянии защитить свой нейтральный статус[90]. Роджерс опасался, что мы попадем под прямой удар в конгрессе, как раз когда все начало успокаиваться. Дискуссия длилась несколько часов, в течение которых Никсон позволил, чтобы Лэйрд и Уилер уговорили его сделать именно то, на что он уже отдал приказ. Я не выступал, так как до этого направил памятную записку с моими соображениями. Роджерс в итоге согласился на удары В-52 по базовым районам, в которых предположительно располагались штаб-квартиры коммунистов. Эти обсуждения носили поучительный характер: месяц неспровоцированного северовьетнамского наступления, свыше тысячи погибших американцев после нескольких недель мучительных дискуссий родили на свет ровно
После заседания ОКНШ попытался включить дополнительно удары по сосредоточениям северовьетнамских войск, нарушающих демилитаризованную зону. Лэйрд и я согласились с тем, что гораздо важнее удержать Роджерса с нами, поэтому предложение не было одобрено.
