Государственный департамент подготовил документ об «общих принципах», который вел именно в этом направлении. В нем утверждалось, что целью переговоров было обязывающее договорное соглашение, хотя и необязательно мирный договор. Прямые переговоры «не имели значения» на начальной стадии, но, вероятно, произойдут «на каком-то этапе». Принципы разрешали минимальные изменения, по сравнению с ранее существовавшими границами, но такие изменения «не должны отражать вес завоевания». (Язык, касающийся «веса завоеваний» представлял собой эвфемизм Государственного департамента в отношении настаивания на почти полном уходе Израиля; он появился еще раньше в одной речи президента Джонсона 10 сентября 1968 года.) Четко выраженной предпосылкой, лежащей в основе этих принципов, было предположение о том, что в то время как Гуннар Ярринг из ООН должен был бы встать во главе, а четырехсторонние и двусторонние переговоры служили бы «поддержкой» ему, в конечном счете, усилие могло бы сработать только тогда, когда Соединенные Штаты предпримут все возможные меры воздействия на Израиль. Одна из более ранних версий документа об общих принципах Госдепа настаивала на израильском уходе на довоенные линии границ с Египтом и Иорданией, за исключением небольшой правки ее прохождения только в одном случае с Иорданией. По этому положению мне удалось смягчить принципы Госдепа на встрече с Сиско, хотя в любом случае следовало ожидать взрыва со стороны Израиля.
10 марта Никсон одобрил рекомендацию Государственного департамента представить документ об общих принципах Эбану во время его визита; затем документ будет обсужден пункт за пунктом между Сиско и Добрыниным и представлен на четырехсторонний форум в качестве основы для консультаций. Никсон дал мне понять, что разделяет мой скептицизм относительно того, что из всего этого выйдет, но он сказал, что это займет каким-то делом Госдеп, пока мы в Белом доме будем заниматься Вьетнамом, ОСВ, Европой и Китаем. (Не исключено, что он дал Роджерсу противоположное объяснение.) Роджерс гордо обнародовал новый подход на открытых слушаниях перед сенатским комитетом по международным отношениям 27 марта, рассказав сенаторам о том, что «в прямых интересах Соединенных Штатов оказать все имеющееся у них влияние, в какой бы форме это ни было целесообразно и эффективно…». Призывая к «безопасным и признанным границам» и «договорным обязательствам», состоянию мира, Роджерс добавил важную формулировку: «По нашему мнению, уточнения существовавших ранее границ должно придерживаться тех линий, которые требуются для взаимной безопасности и не должны отражать вес завоеваний».
Переговоры Сиско с Добрыниным растянулись на девять сессий с 18 марта по 22 апреля и шли в предсказуемом русле. Единственной темой, которую обсуждали, был документ об американских общих принципах, при этом Добрынин требовал от Сиско большей конкретики. Дать больше конкретики в таком контексте означало подробное изложение более твердой позиции по таким вопросам, как окончательные границы, которые могли бы только спровоцировать шум в Израиле, ясно обозначив, что мы больше склоняемся к советско-египетскому требованию полного ухода Израиля. Мы представили общие принципы четырем державам 24 марта, и результат был аналогичным. Вновь американская позиция оказалась в центре дебатов, когда наши союзники пытались подтолкнуть нас к дальнейшим усилиям. Понятие «дальнейшие усилия» имело аналогичное оперативное значение, как предоставление «большей конкретики». Мы становились посмешищем, нас постоянно просили изменить наши позиции для спасения переговоров, которые мы сами начали, предположительно, с целью облегчения давления на нас.
В конце марта я направил промежуточный доклад президенту о двусторонних переговорах:
«Пока до сего времени мы избегали худших опасений из-за неподготовленной позиции, все бремя переговоров может по-прежнему пасть на нас – за представление всех конкретных предложений и за перетягивание Израиля на свою сторону. …Хорошее определение справедливого урегулирования это то, которое сделает обе стороны недовольными. Если так, то нам следует добиться советской помощи, и Советы должны разделить обвинения за продвижение неприятного решения».
Мы уже отделили нашу позицию от израильской; Советы ответили разграничением своей позиции от арабской. Перед тем как нам предстояло предпринять новые шаги, как я подтвердил вновь, необходимо было разработать согласованную позицию Соединенных Штатов по условиям окончательного урегулирования, по тактике, при помощи которой этого можно было бы добиться, по соотношению двух– и четырехсторонних переговоров и по осуществлению координации обоих форумов с действиями Ярринга. Другими словами, все это дело завершится неразберихой.
Все эти маневры процедурного характера не избавят нас от необходимости выслушать мнение самих заинтересованных сторон – процесса, который непосредственно приведет нас в соприкосновение с реальностью в очередной раз.
