Мы по-прежнему живем с потрясениями, а также и с мифами 1970 года в Индокитае. Война поглотила как Лаос, так и Камбоджу. В начале 1970 года все еще новая администрация ничего так сильно не хотела, как постепенно свернуть эту войну. А ей ответили преднамеренной эскалацией со стороны северных вьетнамцев, гениально организующих передвижения армий и управляющих американским общественным мнением, в то время как мы были заняты секретными мирными переговорами. В феврале прошло северовьетнамское наступление через Долину Кувшинов в Лаосе. В марте северные вьетнамцы начали выбираться из схронов, расположенных вдоль границы Камбоджи с Южным Вьетнамом, которые они занимали с 1965 года, не имея на то ни малейших юридических оснований. Они приступили к перерезанию коммуникаций и доставляли проблемы Пномпеню, намереваясь свергнуть правительство Лон Нола, которое сменило правительство Сианука без нашего ведома или участия. (Лон Нол был признан как ООН, так и Советским Союзом.)
И, тем не менее, разгоревшееся осуждение за случившиеся трагедии пало не на Ханой, а на Соединенные Штаты. На моих переговорах в Париже с северовьетнамским эмиссаром Ле Дык Тхо последний отвергал нейтральный статус как Камбоджи, так и Лаоса, и подчеркивал, что его народу предназначено судьбой не просто захватить Южный Вьетнам, но и доминировать над всем Индокитаем. Такого рода похвальба делалась втайне, но военные действия, отражавшие такие амбиции, были налицо. Из неисчерпаемого национального мазохизма проистекал фольклор о том, что американские решения подстегнули камбоджийский кошмар, и этот миф существует до сих пор, когда вьетнамцы, в качестве оправдания не будучи даже спровоцированными американцами, а лишь при наличии повизгивания мирового протеста, в конечном счете, осуществили свою амбицию захвата всего Индокитая. В Камбодже действительно появилась уйма идеологов с убийственными наклонностями, которые были вытеснены организованным коммунистическим государством, но это было проделано той же самой силой чужеземного оружия, пытавшейся это осуществить впервые в 1970 году. Ненасытная устремленность Ханоя к гегемонизму – а не нерешительный и двусмысленный ответ Америки – является главной причиной тяжких испытаний Камбоджи.
Военные ответы, которые мы предпринимали, принимались с большими муками и, на наш взгляд, были самым минимальным, что мы могли бы сделать, если собирались осуществить отступление, которое не должно было бы превратиться в паническое бегство. Конечно, имели место ошибки, но живучесть образа американских официальных лиц, замышляющих свергнуть нейтралистского принца Сианука в Камбодже и утопающих все глубже в войне в Лаосе, как, впрочем, и в Камбодже, демонстрирует преобладание эмоций над реалиями. Тот Ричард Никсон, который 30 апреля отдал приказ о нападении на камбоджийские схроны, был тем же самым президентом, который объявил 20 апреля о выводе 150 тысяч военных. Администрация, сделавшая все, чтобы не допустить полного захвата власти коммунистами в Камбодже, оставалась тем же самым правительством, которое 4 апреля предложило нейтральный статус Камбоджи, – и ее предложение было с презрением отвергнуто. В Индокитае существовало много парадоксов, и все болезненные. Непримиримым был как раз Ханой, но именно Америка пожинала бурю, расшатав нервы главы исполнительной власти. Каждое из этих взаимосвязанных событий требует отдельного изложения в этой главе, но следует начинать с реалий правительства того времени, состоявших в том, что в конце 1969 и в начале 1970 годов мы оказались заняты важной попыткой понять, что происходит на месте, во Вьетнаме, – и еще раз провести секретные переговоры с Ханоем.
Исследовательская работа началась осенью 1969 года, когда мы с Элиотом Ричардсоном создали межведомственный комитет, группу специальных исследований по Вьетнаму, цель которой была в обобщенном виде представлена в моей служебной записке президенту, датированной 5 сентября 1969 года:
«Оценивая наш опыт последних нескольких лет, удивляешься тому, как часто официальные лица позволяли своим предвзятым мнениям о Вьетнаме сбивать их с пути, даже несмотря на то, что тщательный и объективный анализ легкодоступных фактов говорил совершенно иное».
Группа в первый раз собралась 20 октября. Присутствовали Элиот Ричардсон, Дэйв Паккард, Ричард Хелмс и представители объединенного комитета начальников штабов и разведывательного управления министерства обороны. Рабочая группа во главе с Ларри Линном и Бобом Сенсомом из числа моих сотрудников провела напряженные исследования 12 из 44 провинций в Южном Вьетнаме для того, чтобы решить извечную проблему получения точной оценки ситуации в сельской местности, то есть соревнования за контроль над сельским населением.
