Тщательное рассмотрение фактов из вороха сообщений было на удивление трудным делом во время иорданского кризиса. После того как король двинул войска на Амман, наше посольство оказалось оторванным от двора. Временами король и Рифаи связывались с нашим посольством по телефону. Существовала обрывочная связь по радио между дворцом и нашим посольством, но связь носила открытый характер, имелась вероятность прослушивания, в силу чего эта связь была ненадежной. Нам повезло с Дином Брауном, одним из наших самых способных, храбрых и самых знающих дипломатов, в той ситуации. Время от времени он отправлялся в поисках короля и Рифаи в бронированном автомобиле; разумеется, это не способствовало быстрым контактам. Больше всего везло англичанам; их посольство было ближе к дворцу. Тогда, по случаю, король, бывало, передавал нам сообщения через Лондон. Такая практика неизбежно вела к задержкам в связи, поскольку британское правительство, понятно, хотело добавить свои комментарии, – тем более что Лондон до какой-то степени опасался, что мы могли действовать несколько опрометчиво. Такое мнение было ошибочным, но такое впечатление создавалось, потому что, по крайней мере, Белый дом считал сдерживающим фактором в отношении срочных действий, если Лондон информировал другие столицы о том, что дела грозят выйти из-под контроля. Лондон деликатно замалчивал свои опасения в отношении нас, не забывая, однако, предлагать, что он ратует за более взвешенные шаги.
В субботу 19 сентября мы получили первые сообщения о том, что сирийские танки заняли позиции в 250 метрах в глубь территории Иордании. Но поскольку сообщение пришло от британского официального лица в Каире, и Лондон не посчитал нужным проинформировать нас напрямую, мы не считали, что британское правительство придает слишком много значения этому факту. Не придали и мы. Несмотря на все трудности со связью, мы полагали, что Хусейн нашел бы способ известить нас, будь он глубоко озабочен им.
Не было сомнений, однако, в том, что происходило в воскресенье 20 сентября. Около 6.00 утра по вашингтонскому времени и король, и Рифаи в раздельных контактах по телефону с Брауном сообщали о двух крупных вторжениях сирийских танков в Рамта. Иорданцы выбили 30 танков и отбросили их обратно. Хусейн запросил американскую помощь, но не конкретизировал. В 12.30 вашингтонского времени Рифаи сделал более конкретное сообщение. От имени короля он запросил данные американской разведки для того, чтобы определить, намерены ли сирийцы наращивать дополнительные силы. Примерно в то же самое время еще две сирийские танковые бригады перешли границу с Иорданией и атаковали по широкому фронту. Мы смогли это подтвердить только ближе к вечеру.
У меня не было сомнений в том, что на этот вызов должен быть дан должный ответ. Если бы мы не смогли ничего сделать, ближневосточный кризис больше обострился бы, так как радикалы и их советские спонсоры захватили бы инициативу. Добейся мы успеха, арабские умеренные воспрянули бы духом. Вообще я был полон оптимизма. Баланс сил был в нашу пользу как на местном уровне, так и в целом. Я изложил свои взгляды президенту позже тем вечером, сказав, что Советы «либо проявляют некомпетентность, либо напрашиваются на столкновение. Если они проявляют некомпетентность, то у нас будет легкая победа». Мне не нужно было добавлять, что если они решились на столкновение, то у нас не было выбора в любом случае.
После консультаций между Роджерсом, Сиско и мной был предпринят ряд срочных шагов. Сиско и я совместно выработали заявление, опубликованное от имени Роджерса, с требованием категорическим языком немедленного вывода сирийских войск и предупреждением об опасности расширявшегося конфликта. В тот вечер Сиско вызвал Воронцова и вручил ему сердитое послание. В виде ответа на советское послание от 18 сентября оперативная часть нашей ноты звучала следующим образом:
«В настоящее время ситуация все больше и опаснее ухудшается из-за вторжения на иорданскую территорию танковых сил из Сирии и концентрации еще большего количества наступательных сил Сирии вдоль иорданской границы. Правительство США осудило это вторжение в Иорданию и призвало к немедленному выводу вторгшихся войск. Это неприемлемое и безответственное действие со стороны Сирии, если не будет немедленно не прекращено и ситуация не будет восстановлена, может привести к расширению существующего конфликта. Правительство США призывает Советское правительство обратить внимание правительства Сирии на серьезную опасность его нынешнего образа действий и на необходимость как вывода этих вооруженных сил без задержек с иорданской территории, так и прекращения какого-либо дальнейшего вторжения в Иорданию. Советское правительство не может быть не в курсе серьезных последствий расширения данного конфликта. Со своей стороны, правительство США требует сдержанности от всех сторон в данном регионе».
