18 мая «Правда» опубликовала острую атаку на Китай, обвинив Китайскую Народную Республику в отказе от советских призывов к совместным действиям в Камбодже. Китайцы, остро реагирующие на такого рода обвинения, ответили, запустив свою самую тяжелую артиллерию, заявление, опубликованное 20 мая от имени Мао Цзэдуна под заголовком «Народы всего мира, сплачивайтесь и громите американских агрессоров и всех их приспешников!». Если убрать всю избыточную риторику, это заявление тоже раскрывало очень странное предупреждение. В своем анализе для президента я отмечал следующим образом:
«По существу… заявление носит весьма и весьма умеренный характер. Предлагается только «теплая поддержка» трех народов Индокитая, даже без обычной фразы о том, что Китай является «тыловым районом» этой борьбы[229]. Проводится тезис о том, что слабая страна может победить сильную страну, что может показаться слабым утешением в Ханое. В заявлении нет никаких угроз, в нем не предлагаются никакие обязательства, оно не содержит никаких личных оскорблений в Ваш адрес и избегает изложения позиций по спорным двусторонним вопросам.
В тактическом плане заявление Мао служит нескольким целям:
– Оно использует в пропагандистском плане Ваши действия в Камбодже.
– В нем ставится в личную заслугу Мао китайская поддержка Сианука.
– В нем Советы поставлены в неловкое положение тем, что прямо указывается, что 20 (других) стран признали Сианука (что Москва не сделала и никогда не собирается делать)».
На следующий день Ханой публично отблагодарил Мао, но сделал это в заявлении, в котором проскочило много тонких расхождений между его взглядами и позицией Пекина. В то время как Китай говорил о необходимости единого фронта народов
Заявление Мао дошло до Вашингтона в то время, когда Никсон был в особенно злобном настроении. Не дождавшись моего анализа, он приказал всем составным частям Седьмого флота, которые не были нужны во Вьетнаме, двинуться в Тайваньский пролив: «Все это хлам, но будет выглядеть воинственно. Я хочу, чтобы они знали, что нас не напугать, и мы не струсим. …Я не хочу никаких многословных документов. Никаких МИНБ[230]. Я хочу, чтобы ты связался с Мурером и сказал ему, что это приказ главнокомандующего. Можешь сказать и Лэйрду. Никакого пересмотра. Я хочу, чтобы они дошли туда в течение 24 часов». Это был один из тех приказов, невыполнение которых в течение суток, как понимали коллеги, будет на пользу общественному благополучию. И как я уже отмечал ранее, фраза «никакого пересмотра» подчеркивала неуверенность Никсона. После того как у нас появилась возможность обсудить реальное значение заявления Мао, Никсон отказался от нового перемещения в Тайваньском проливе. Не в наших национальных интересах было увязывать Камбоджу с безопасностью Китая. Мао открыл массу возможностей для возобновления долгого продвижения наших двух стран на пути друг к другу, и ничего нельзя было бы выиграть от прекращения этого движения в порыве досады.
К середине июня, когда страсти вокруг Камбоджи улеглись, мы, таким образом, попытались вновь возобновить контакты. 15 июня генерал Уолтерс получил указание подойти к своему китайскому коллеге в Париже, военному атташе по имени Фан Вэнь и сказать, что у него есть послание, которое он хотел бы вручить. Уолтерсу был передан текст, который он должен был зачитать и который содержал нашу к тому времени уже знакомую тему: поскольку варшавский форум был слишком на виду у всех и носил слишком формалистический характер, мы хотели бы открыть другой канал для конфиденциальной связи. Но наша система тайных каналов, которая так интересовала советских, не представляла пока никакого интереса для китайцев. Вероятно, они не понимали, как серьезное правительство могло управляться таким способом; если дело обстояло именно таким образом, то они были в этом не одиноки. (Позже они стали большими мастаками этого дела.) Доблестный Уолтерс дважды пытался передать свое послание, один раз летом, другой в начале сентября, но каждый раз безрезультатно. Оба раза Уолтерс отлавливал Фан Вэня и упоминал о поручении из Вашингтона, Фан Вэнь мямлил, что проинформирует свое правительство, и исчезал в своей машине. Ответа не было.
