Я написал Никсону 20 июля, предупреждая его в очередной раз о том, что стратегия опоры на вьетнамизацию не будет совместима постоянно со стратегией ведения переговоров. Каждый односторонний вывод войск был чреват ослаблением наших переговорных позиций. Если выводы войск проводились уже самыми быстрыми темпами, совместимыми с выживанием Сайгона, наши пределы в плане их ускорения становились все ограниченнее, отсюда, у нас было мало того, что мы могли бы предложить Ханою, где в конце пути, вероятно, к середине 1971 года, мы, не исключено, должны были бы выбирать между вьетнамизацией и переговорами. В основном именно для того, чтобы попытаться изучить скрытые возможности для преодоления тупика, как раз в течение июля и августа 1970 года администрация после долгого размышления пришла к идее прекращения огня без перемещений (или прекращения огня без отхода с занимаемых позиций). Это предложение было ранее сделано Сайрусом Вэнсом после того, как он ушел с поста главы на переговорах в Париже[40]. Авереллом Гарриманом, газетой «Нью-Йорк таймс»[41] и сенатором Майком Мэнсфилдом. Его привлекательность как «компромиссного» предложения заключалась в том, что обе стороны тем самым откажутся от победы военным путем. В 1969 году прекращение огня с сохранением занимаемых позиций стало распространенным лозунгом для умеренных противников войны, которые пока еще не хотели выступать за американскую капитуляцию или зафиксированную дату окончательного вывода войск. Их взгляды разделяли многие высокопоставленные официальные лица, причем исходя из самых разных мотиваций. Некоторые чины в министерстве обороны ратовали за прекращение огня с целью облегчения бюджетного пресса и высвобождения средств на закупку оружия. Государственный департамент настоятельно добивался этого частично для того, чтобы угодить конгрессу и средствам массовой информации, а частично из своего собственного близкого по духу желания подстегнуть переговоры, выдавая все новые предложения. Никсон с презрением относился ко всем этим планам. На следующий день после своей речи 3 ноября 1969 года президент написал своему государственному секретарю и министру обороны, специально подчеркивая, что он отвергает любую инициативу в отношении прекращения огня. Тем не менее, 8 ноября Роджерс настоятельно потребовал, чтобы мы поддержали резолюцию Мэнсфилда по прекращению огня во Вьетнаме как средство победы над «голубями». 10 ноября официальная памятная записка Государственного департамента поступила в Белый дом с инициативой о прекращении огня.
К сожалению, существовали два значительных препятствия: северные вьетнамцы не проявляли никакого интереса к какого-либо рода прекращению огня, а в 1969 году южновьетнамское правительство, наши военные командующие и сайгонское посольство – все они были убеждены в том, что прекращение огня с сохранением занимаемых позиций ускорит военный крах Южного Вьетнама. Группа специальных исследований по Вьетнаму изучила влияние прекращения огня на провинцию за провинцией. Имела место тенденция подтверждения ее выводами мнения Сайгона.
Мы, так или иначе, сохраняли эту идею на плаву, согласно теории о том, что, если она будет принята в принципе, мы стали бы настаивать на условиях, которые давали бы южным вьетнамцам разумный шанс на выживание. В феврале и марте 1970 года я предлагал Ле Дык Тхо прекращение огня в Лаосе и Камбодже; я перечислял его в ряду предложений, которые мы были готовы обсуждать по Вьетнаму.
Но Ле Дык Тхо отказывался вести любые дискуссии такого рода. На каждом шагу – вплоть до октября 1972 года – он презрительно читал мне нотации по поводу невозможности установления прекращения огня без предварительного политического урегулирования. А его условиями для этого был завуалированный коммунистический захват власти. Я не знаю, был ли Ханой настолько высокомерным по причине того, что считал свои перспективы в сельской местности лучше наших, или по той причине, что опасался, что мы оставим наши войска во Вьетнаме и после прекращения огня, или по причине доктринерского марксистско-ленинского недоверия к любой концепции поддержания баланса. Какими бы ни были причины, Ханой проигнорировал сделанное в выступлении Никсона 14 мая 1969 года предложение и не обратил никакого внимания на его повторение 3 ноября (оба выступления были сделаны в форме предложения о местном прекращении огня без отхода с занятых позиций, но этот намек легко можно было бы подхватить).
