Для того чтобы понять вклад китайской инициативы в международную стабильность, мы всего лишь должны спросить самих себя, каким стал бы мир, если бы китайский нажим в Азии дополнил бы советский глобальный авантюризм во время Вьетнамской войны и после нее. Вновь вернув надежды американскому народу, она также дала нам шанс сформировать новую концепцию международного порядка, даже во время выхода из изнурительной войны и мучительного десятилетия у себя в стране. Решающее значение открытия Китаю, таким образом, заключалось меньше в официальных обменах, а больше в молчаливом понимании, которое возникло в результате визита Никсона. Это понимание по широкому кругу вопросов дало основание для общей, хотя и неофициальной, стратегии, при помощи которой различные – даже несовпадающие – цели обеспечивали необычный параллелизм действий. То был триумф нематериального в проведении внешней политики.
Корреспондентский корпус, сопровождавший Никсона, не заморачивался долгосрочными последствиями этого путешествия. Сходившие с ума в течение недели без брифингов, потерявшие покой от бесконечных банкетов и скучнейших тостов, возможно, убежденные в душе в том, что ничего хорошего не могло бы выйти из этой никсоновской инициативы, пресытившиеся, но не удовлетворенные, корреспонденты набросились на шанхайское коммюнике, как тигры на сырое мясо, брошенное им в клетку. «Вашингтон пост» 28 февраля начало свое сообщение так:
«Президент Никсон согласился с требованиями китайских коммунистов, впервые открыто взяв обязательство вывести все американские вооруженные силы и военные сооружения с Тайваня. …Значительные уступки со стороны президента, как оказалось, были сделаны в ответ на сравнительно незначительное китайское согласие «содействовать» двусторонним научно-техническим, культурным, спортивным, журналистским и торговым обменам между Соединенными Штатами и Китаем.
Оценивая уступки, сделанные президентом, многие обозреватели здесь осознают, что китайцы выиграли от этой сделки. …Китайские официальные лица кажутся довольными исходом дискуссии».
Раздел о гегемонии и осуждении силы полностью исчез из внимания автора, как и обусловленность нашего обещания уйти с Тайваня.
Один телевизионный комментатор, отметив, что не было сделано письменного упоминания или подтверждения американского обязательства по обороне Тайваня, пришел к выводу, что в коммюнике Китай выиграл «гигантский шаг», а проиграл совсем немного. То, что Китай не сделал обычного для него осуждения нашего договора о взаимной обороне с Тайванем, в равной степени может цитироваться как
28 февраля газета «Детройт фри пресс» процитировала точно такого же умного обозревателя: «Они получили Тайвань, а мы весенние блинчики с овощами». «Ньюсдей» так озаглавила свои сообщения: «До свидания; мы все в шоке» и «Консенсус – США пошли на большие жертвы для установления моста с Китаем». «Бостон глоб» вышла с заголовком «Никсон делает уступки по Тайваню, дает обещание вывести войска». Газета процитировала австралийского репортера как давшего эту экспертную оценку: «Чжоу сражался всю неделю» за раздел о Тайване «и он получил то, что хотел». Аналогичным образом писала «Филадельфия бюллетень»: «Никсон летит домой; уступил по Тайваню». Тот факт, что договоренность была достигнута, когда китайцы приняли
