Годы в Белом доме. Том 2 полностью

Мнение Никсона, с которым я был согласен, не разделялось средствами массовой информации, нашим бюрократическим аппаратом или конгрессом. Я по-прежнему считаю его правильным. Кризис также продемонстрировал ошибочность мнения о том, что Никсон с моей помощью бульдожьей хваткой держал в своих руках правительство, которое оставалось в неведении относительно нашей деятельности. По некоторым инициативам – особенно в сфере двусторонних отношений – это было действительно так. Но в других областях методы Никсона частично являлись результатом капризности нашего бюрократического аппарата и частично результатом его собственного нежелания приструнить бюрократию. Как это часто бывает, разбирательство с индийско-пакистанским кризисом отражало глубокие расхождения внутри нашего правительства, которые осложнялись нежеланием Никсона четко высказывать свои взгляды. А итог был совершенно далек от того, что говорила народная молва: не расширение господства Белого дома, а острое ведомственное тыловое сопротивление; не четко выраженные директивы, а уклончивые маневры, оставляющие возможности для отхода; не неспособность ведомств выразить свои взгляды, а трудности, с которыми сталкивался глава исполнительной власти в том, чтобы его взгляды возобладали. Тот факт, что эти условия отражали некоторые психологические особенности Никсона, не меняет основного вывода. История «расположенности» менее всего похожа на сказку о президентском самообладании, она больше свидетельствует о сложности руководства современным правительством – особенно со стороны президента, не желающего напрямую устанавливать свои правила. Неважно, кто был прав в этом споре; президентам необходимо полагаться на то, что их взгляды принимаются, даже если они вступают в противоречие с бюрократическими предубеждениями. Я неоднократно заявлял, что административные методы Администрации Никсона были неумными и не выдерживали проверку временем; справедливости ради следует признать, что они не осуществлялись в каком-то вакууме.

Не успел завершиться этот кризис, как Белый дом оказался в водовороте волны утечек и разоблачений. Уже 13 декабря автор колонок Джек Андерсон начал публикацию отрывков из записей Министерства обороны о заседаниях вашингтонской группы специальных действий. Наша оппозиция военным действиям Индии – это наша открытая позиция, за которую мы на самом деле подвергались нападкам, – считалась поразительным разоблачением, выдававшим в нас лжецов, когда мы отвергали антииндийскую предубежденность. Масса иной секретной информации размещалась в газетах – например, телеграммы от Кеннета Китинга в Индии, в которых предлагалось оказать давление на Яхья Хана или ставилась под сомнение моя ознакомительная пресс-конференция от 7 декабря[31]. Перемещения нашего флота, которые, как правило, являются секретными, моментально находили путь в прессу. Роджерс дал выход своим годам разочарования, высказав противоречивое мнение по отношению к моим словам на президентском самолете и объявив на пресс-конференции 23 декабря о том, что события на субконтиненте ни в коем случае не окажут никакого воздействия на московскую встречу на высшем уровне. Он также отрицал тот факт, что у нас были какие-либо военные обязательства перед Пакистаном в случае угрозы ему со стороны Индии, – щекотливый вопрос с юридической точки зрения. А расследование утечек выявило, что старшина ВМФ, работавший в моем аппарате мелким служащим, систематически копировал документы СНБ, которые были в его распоряжении, и передавал их своему начальству в Пентагоне.