Ник недоверчиво взглянул на него, затем резко развернулся и уставился на мчащийся участок освещенного асфальта впереди. Он сжимал кулаки, и Диана не знала, как долго он сможет выносить свое бездействие. Возможно, ей следовало усадить его за руль, хотя она считала, что лучше подготовлена ко всему, что может произойти в пути. В любом случае было уже слишком поздно меняться с ним местами. Юстас прав, на пустоши лучше не останавливаться.
– Продолжайте, – пробормотал Юстас. – Или это все, на что вы способны? Вы придурки, и шутки у вас идиотские.
– Ничего, скоро он перестанет над нами потешаться, правда, месье де Прессье?
– Ему будет просто нечем. Разве можно шутить без головы?
– Без головы я рассмешу больше людей, чем вы с двумя, – воскликнул Юстас. – Боже, только посмотрите на себя. Когда я умру, то буду выглядеть менее жалко, чем вы.
Он был близок к истерике.
– Я-то знаю, о чем говорю. Уже столько раз умирал, – сказал он, расхохотавшись. – Вот что бывает, когда придумываешь таких персонажей, как вы.
Тогда его спутники начали петь:
– Священник в колодце, ночь средь бела дня. Некуда бежать, Гарри найдет тебя…
Слышать, как они разговаривают, было жутко. Их низкие искаженные голоса никогда не достигали нужной интонации, словно кто-то научил нечеловеческих существ человеческому языку. Но пели они еще страшнее.
Диана старалась не смотреть в зеркало заднего вида, но когда они весело пропели: «Вы все здесь игрушки Лунного Гарри», она не выдержала. Существа приобняли Юстаса за плечи своими костлявыми ручонками и покачивали пустыми головами взад-вперед, их белые рты раскрывались все шире и шире. Они раскачивали Юстаса в такт песне. Его губы слишком сильно дрожали, он не мог вымолвить ни слова.
– Не позволяй им, Юстас, – прошептала Диана и схватила Ника за руку, не давая ему повернуться.
Она снова устремила взгляд на дорогу, которая начала подниматься в гору. «Каждое тело, каждая голова, – пропели голоса и перешли на скороговорку. – Ничего, скоро он их перемешает ради забавы, приделает ее голову к его телу. Вот умора».
– Нет, – сказал Юстас, так холодно и четко, что сердце Дианы бешено забилось. – Хотите посмеяться? Смейтесь надо мной. До этого момента я даже не подозревал, насколько я смешон. Ник и Диана, слушайте внимательно. Это заставит их замолчать.
В зеркале заднего вида мелькнуло какое-то движение. Юстас положил руку на каждое лицо, похожее на брюшко слизняка, и оттолкнул их от себя. При мысли о прикосновении к ним у Дианы так сильно вспотели ладони, что она чуть не выпустила руль из рук.
– Мы слушаем тебя, Юстас.
Юстас шумно сглотнул и затараторил:
– Дамы и господа, и вы, безликие твари с огромными ртами, позвольте мне представиться. Я самый обычный парень. Но есть одна проблема: я родился с чужой парой ступней и ногами, доставшимися мне со склада залежавшегося товара. Как еще объяснить то, что они меня не слушаются, и я постоянно падаю на улице, или спотыкаюсь о чью-нибудь собаку, и не могу стоять спокойно, когда с кем-то разговариваю. И да, в моей голове есть пара других голов, которые любят поболтать, особенно когда мне нужно что-то сказать. Ну или так мне казалось. Поэтому я дал им имена и начал выпускать их наружу и притворяться, что они – не я. Разве я могу быть таким неудачником? Но мне надо было лучше думать своей головой. Конечно, на сцене они вели себя по-другому. Не так, как когда оставались со мной один на один. Но на самом деле именно я притворялся, что не ненавижу человечество, и вместо этого ненавидел себя. Все так чувствуют себя время от времени, только не хотят в этом признаваться.
– Он утверждает, что мы – его часть, мистер Угрюм.
– Интересно, которая, мсье де Прессье?
– Поглядишь на вас, так вы даже меньше, чем часть, – яростно выпалил Юстас. – Неудивительно, что я постоянно спотыкался, если в моей голове поселилась пара безглазых тварей.
Диана задержала дыхание, чтобы остановить то, что подступало к ее горлу, но не смогла с этим совладать. Она расхохоталась безудержно, до колик. Шутка была не особо смешной, но в Диане накопилось столько ужаса, что для того, чтобы не сойти с ума, нужно было дать волю смеху. От хохота ее глаза наполнились слезами, их приходилось постоянно вытирать, чтобы не съехать с дороги. Ник рядом с ней тоже гоготал, хлопал себя по бедрам, откидывал голову назад, выпускал веселье. Юстас присоединился к ним и принялся топать так сильно, что автомобиль затрясся.
Смех утих, когда твари рядом с Юстасом тоже начали хохотать.
– Пусть повеселятся пока, – сказал один, передразнивая голос Дианы.
А другой ответил искаженным голосом Ника:
– Давай на этом их покинем. Не хочется быть рядом с ними, когда они доберутся до места назначения.
Мгновение спустя хлопнули двери и две фигуры засеменили в канаву.
– Я бы не стал им доверять, – неуверенно заявил Ник.
