Но она была не в состоянии вернуться туда. Может, они смогут уехать завтра. Может, тьма позволит им это сделать, так как они упрямо отказываются замечать происходящее. Нет, она не допустит, чтобы они ехали через тьму, пока полицейские не убедятся, что это безопасно. Надо предупредить Джереми и Джеральдину. Она побежала от фонаря к фонарю и ускорилась, увидев книжный магазин. Диана забарабанила в дверь, но уже было поздно. Через разбитое окно она увидела, что внутри темно и пусто. Фургона рядом с домом не было, значит, Буты уже уехали.
Джеральдина сидела на коробке с книгами, листая альбом с видами солнечного Уэльса. Ей казалось, что она не видела солнце уже несколько недель. Вдруг в окно влетел камень, осколки разлетелись по полу. Когда она открыла дверь, на улице уже никого не было. Наверное, тот, кто разбил окно, забежал в дом или спрятался в темноте.
Она вернулась к Джереми, читавшему записку, в которую был завернут камень.
– Не переживайте, – пробормотал он. – Но мы уезжаем не потому, что вам, ублюдкам, этого хочется.
Джеральдина положила руку ему на плечо и прочитала записку, написанную детским почерком: ЗДЕСЬ ВАМ НЕ РАДЫ.
– Я не хочу ждать до завтра, – сказал Джереми.
– А если они на этом не остановятся? Если они подожгут магазин?
– Пускай, если на большее им мозгов не хватает. Магазин и товар застрахованы. Ублюдки! – крикнул он и бросился к двери, потом остановился. – Они не хотят, чтобы мы их видели? Вот чего стоит открытость, принесенная Манном в Мунвелл. Вот чего стоит их так называемая вера.
– Не страшно, Джереми. Я согласна, давай уедем сейчас. – Наверняка надгробие, которое она видела, говорило о том, что Джонатан хочет быть рядом с ними, а ей не хотелось хоронить его в таком мрачном месте, где ей казалось, что она заснула и вот-вот увидит ночной кошмар. Чем быстрее они отсюда уедут, тем лучше, в том числе и для Джереми. – Надо сообщить Диане, что мы сегодня уезжаем.
– Скажем ей по дороге.
Они прошли через магазин в свою квартиру и проверили розетки и замки. Джеральдина с грустью заметила, что ей почти не жаль уезжать. Джереми пошел к фургону, пока она запирала дверь.
– Скажем ей, что уезжаем, и сразу поедем, – сказал он по дороге к дому Дианы.
Дианы дома не оказалось. Возможно, она пошла к церкви вместе с остальными горожанами. Там что-то произошло, но Джереми и Джеральдина ничего не слышали из-за урчания мотора их фургона.
– В любом случае у нее есть ключ, – сказал Джереми и развернул фургон. Они поехали назад, мимо магазина, и выехали на дорогу, ведущую в лес.
Огни Мунвелла остались позади. Фургон поднимался по дороге, ведущей во тьму. Это было совершенно не похоже на ночную поездку, и дело даже не в том, что сейчас была середина дня. Окружавшая их тьма казалась плотнее, чем ночью, и ближе. «Словно мы постепенно вмерзаем в глыбу черного льда», – подумала Джеральдина. Когда фары осветили вершину холма, тьма рухнула на них со всех сторон. Но фургон продолжил ехать вперед, в сторону леса.
Два дуба тянулись друг к другу над дорогой, их ветви переплелись, словно срослись вместе. Фургон на скорости проехал под ветвистой аркой, и сразу же тьма стала еще ближе. Джереми наклонился к рулю.
– Чем скорее мы выедем из леса, тем лучше, – проворчал он, и она пожалела, что он озвучил ее мысли.
Когда фургон доехал до первого изгиба лесной дороги, Джеральдина обернулась. По сравнению с тьмой в лесу небо казалось светлее, почти серым. В следующую секунду оно скрылось из виду. Впереди они могли видеть лишь небольшой участок дороги, освещенный фарами. Казалось, деревья сдвигались вперед, как только лучи фар касались их. Когда дорога нырнула вниз, им показалось, что тьма утягивает фургон на дно ямы.
Джеральдина попыталась подбодрить мужа:
– Мы скоро отсюда выберемся.
Дорога повернула еще раз, потом еще. Деревья росли все ближе, их ветви переплетались, образуя тоннель. Они проехали площадку стоянки на обочине. Насколько Джеральдина помнила, это была единственная стоянка на лесной дороге. Теперь фургону будет сложнее развернуться, хотя зачем им вообще разворачиваться? С каждым поворотом они были ближе к шоссе, а значит, и к концу тьмы. Когда они окажутся на залитой солнечным светом дороге, то посмеются над своими страхами, посмеются так безудержно, что им придется остановить фургон.
