— Есть, готовиться. Ох, ну и жуть!
***
Механический голос ИскИна заставил сидящих в ЦУПе вздрогнуть от неожиданности.
— На планете наблюдается повышение электромагнитной активности. В целях безопасности рекомендуется исследовательской группе покинуть планету.
— Вот это новости, — Виктор встал с кресла, всматриваясь в бегущие по экрану цифры. — Неужели эта звезда еще способна создать выброс коронарной массы?
— Мне кажется, тут дело не в звезде, — дежурная улыбка сползла с лица киборга. Он пробежался тонкими пальцами по пульту, подбирая нужный диапазон отображения. Наконец, на одном из экранов появился колючий шар с ярко светящейся точкой возле относительно ровного плато. От нее вверх и в стороны расходились длинные тяжи магнитных линий. — Это идет изнутри планеты.
— Учитывая местную руду… — Вик попытался унять нарождающуюся панику.
— Руда вот, — Алл’Экс переключил вид — планета покрылась тонкими белесыми петлями, неравномерно опутывающими ее. — А это что-то другое.
Виктор подошел к иллюминатору, сам не зная, что хотел там увидеть. Однако среди черноты космоса и тусклых белесых звезд он увидел бело-желтую пульсирующую точку. От нее куда-то в пространство тянулись тонкие иглообразные нити, видимо, сползающие с острий игольчатых скал.
— Ангел, каков состав излучения? — молодой ученый, желая проверить свои подозрения, щелкал контроллерами, пытаясь проследить за лучом, исходящим от планеты.
— Согласно эху, около тридцати процентов составляет жесткое поляризационно-электронное излучение, двадцать семь и два десятых процента — слабо радиоактивное излучение, восемнадцать ультрафиолетового излучения, шестнадцать нейтриноподобный комплекс, два видимое излучение, два процента не дифференцируются.
— Любопытно. И опасно, — Алл’Экс подобрался ближе, тоже желая рассмотреть странное явление.
— Но… Не может же это… Ведь не может? — бормотал учёный.
Наконец, после очередного щелчка по клавиатуре, на экране появилось нужное изображение. Виктор покачнулся от шока. Подошедший киборг придержал его за плечо, другой рукой переводя изображение на главный экран. Увидев его, пилоты сразу же нажали рычажки вызова капитана.
Острый луч от планетоида стремился к звезде класса Т Тельца.
В заполненном темнотой коридоре на полу, подобно трем гусеницам, неуклюже возились люди.
— Док, вы как?! — Самус первым поднялся на ноги, протирая плестигласовый шлем от желтоватой пыли. Коммуникатор в скафандре выдавал только невнятные помехи.
— Нормально, я в порядке, — профессор, как только вышел из оцепенения, принялся искать свой контейнер с образцами.
— Вашу ж мать! — Орманн с трудом оторвался от пола, даже несмотря на сервоприводы экзоскелета. — Я же говорил, что надо сваливать отсюда!
— Тихо, пока еще ничего страшного не произошло. Вроде бы…
— Зато вы открыли не только здание чужой цивилизации, — профессор с восхищением смотрел куда-то за спину Самуса. — Гляньте-ка сюда.
Там, где пару минут назад была украшенная барельефами стена, теперь зиял огромный симметричный проем причудливой органической формы, ярко контрастируя со строго геометрическим коридором. За ним скрывался короткий ход, а дальше — зал колоссальных размеров с пятью колоннами по центру. Там, где они сходились, снизу и сверху лился теплый золотистый свет.
Бывший замначальника службы безопасности бесстрашно шагнул вперед.
— Стойте! А вдруг это опасно? — Альбрехт прижимал к груди свой кейс, настороженно глядя в проем.
— Да бросьте, док! Разве не вы всю дорогу вещали о судьбоносных открытиях? — безопасника охватило странное предвкушение — как будто он нашел пещеру с сокровищами. — И потом, что значит — вдруг?
— Это не смешно, — Орманн никогда бы не признал, что в тот момент почти поддался панике. — Мы итак уже задержались, идем обратно.
— И бросить такую находку? Да вы с ума сошли! Господин Самсон, подождите меня! — ученый бодро зашагал вглубь зала.
— Психи! Вы оба! База, вы меня слышите? Прием! — Орманн попытался включить коммуникатор. — Черт! А если там радиация? Или яд? — он посмотрел на закрепленный в наруче-полиметрике сенсорный экранчик и пульт к с анализатором. Тот не работал. — Проклятье!
Делать нечего — вернуться один он не может. Судорожно вздохнув, бывший десантник шагнул в таинственный коридор.
Между барельефами мерцали искры золотистого и оранжеватого цветов, иногда проскальзывая в красновато-лиловые тона. Зеленоватые стены из полупрозрачного камня плавно перетекали в не менее разукрашенный потолок. Ход был циклопических масштабов, как и все в этом… Храме? Дворце?
Впереди в тусклом свечении темнели фигуры ученого и безопасника. Первый, кажется, что-то кричал, восторженно размахивая руками. Орманн поравнялся с ними и обомлел.
